Спустя несколько секунд на склад с гордым, важным видом, прошла Канью, за которой хвостиком держалась ещё одна женщина средних лет в серой неприметной одежде скромной путешественницы, с лицом, закрытым белым платком, на котором чёрной краской нарисован оскал, полный клыков, с высунутым наружу языком. Любой волк удавится от зависти, от такой красоты. Её возраст на глаз определить было сложно. Какая-то не запоминающаяся внешность.
- Где онь? – Канью потребовала ответа от Цане.
Та молча развела руками, показывая, что сама хотела бы знать.
- Госпожа? – повис в воздухе вопрос от женщины в маске, произнесённый тихим, почтительным тоном.
Недовольно цыкнув языком, Канью уже собралась уходить, но тут её носик дёрнулся. Несколько раз глубоко втянув в себя воздух, девочка крайне подозрительно уставилась прямо на меня, нахмурив бровки. На да, как же я мог забыть про окровавленные тряпки. Интересно, у неё в роду акул случайно не водилось. Больно уж выражение мордашки стало плотоядным.
- Чего фыркаешь, мылся я, мылся, - недовольно проворчал, отправляясь на своё самодельное ложе. – Тоже мне, чистюля.
Провожатые Канью посмотрели на меня ну очень недружелюбно, даже враждебно, кроме женщины с клыкастой маской. От той, вообще, никаких эмоций не читалось. Да её присутствие вообще едва ощущалось даже с моим повышенным восприятием.
- Поняля. Мяскировкя, - понимающе кивнула, задумчиво изучая взглядом окровавленные повязки. – Онь, - показала на меня своим спутникам.
- А вот я ничего не поняла? – подала голос недовольная Цане. – Вы кто?
- Мы…, - тут же осеклась жрица под пристальным, недовольным взглядом девочки, чуть подумав, объявив, - родственники госпожи Канью.
Ну да, семейное сходство налицо. У каждого из них. Сразу видно, очень-очень дальняя родня. Приёмная. Женщина и про родственников-то не сразу вспомнила, собираясь сказать нечто другое.
- А так вы её забираете, - расцвела доверчивой улыбкой обрадовавшаяся Цане, кося под дурочку. – Наконец-то. Фух, как конь с плеч.
- Поставь коня обратно, - посоветовал рано обрадовавшейся фуци, прислушиваясь к интуиции, ругающейся громким матом.
- Зябиряемь его. – Канью указала на меня пальчиком.
- Не вижу цепей и клетки, - осадил нахальную малышку. – Никто никого не забирает. Я ещё не закончил здесь свои дела. Слушай, давай утром подерёмся, - шутливо взмолился. – По семейному. Сегодняшнюю норму разрушения города я уже выполнил. На тебе за это конфетку.
Вот честно, днём взял несколько штук для себя, про неё и не вспомнив. Протянул на ладони лакомство. После короткого раздумья, под всеобщее недоверчивое изумление, Канью прошла к горке сена, на которой расстелив плащ, устроил себе постель. Усевшись прямо на него, по центру, невозмутимо слопала угощение.
- Ещё, - протянули ладошку за следующей.
- Кончились, - виновато развёл руками.
- Ещё, - в меня вперили угрожающий, требовательный взгляд, не веря ни единому слову.
- Госпожа? – вопросительно уточнил аристократ, не понимая, что сейчас происходит и как на это реагировать.
- Нельзя силой, - сокрушённо вздохнула девочка. – Нужно добровольно. Воть, - с несчастным видом заёрзала на моей постели, намереваясь отправить кое-кого спать на пол.
От такой наглости, не выдержав, бесцеремонно спихнул Канью с покрывала, лично заняв почётное место.
- Или в гостиницу спать. Оккупант. Занято.
- Сбежишь гяд. Спять здесь, - не согласилась.
Теперь ткнула пальчиком в самое удобное место на складе, то есть в мою постель. Ишь, раскомандовалась. Ну да, родственники приехали, пора брать власть в свои руки.
- Спать там! – в свою очередь, указал на пустой угол.
Пока мы по-детски собачились между собой, не желая уступать, просто дурачась, играя на нервах окружающих, они пребывали в прострации, испытывая сильный дискомфорт от разрыва между ожиданиями и реальностью.
- Так, это Тонг! – очнулась Цане, проявив прорыв в наблюдательности и сообразительности.
Нет, конечно, догадалась и раньше, как и заметила множество нестыковок в поведении и речи, однако, сомневалась до последнего, не ожидая от меня подобной выходки.
- Ты что опять натворил? – нахмурилась, заметив моё текущее состояние.
- Да мелочи, - отмахнулся от несущественных деталей. – Объявил войну всему городу. Первые столкновения уже начались.
Несколько секунд Цане растерянно моргала, после чего, демонстративно прочистив ухо, попросила повторить. Мне несложно, повторил, с особым удовольствием.
- Зачем?
Вот теперь она по-настоящему испугалась.
- Потому что завтра начнётся испытание за наследие древнего предка, на котором мне нужно, - подчеркнул это слово, - убить кучу народа. По личным причинам. Можно сказать, это месть за поруганную честь семьи.
Прекратив изображать недалёкого идиота, стал серьёзным. Месть за честь семьи это серьёзно. Такие вещи не прощаются и на эту тему не шутят, так что слушатели впечатлились моими проблемами и их масштабом.
- Месть всему городу? – ахнула Цане.
