Температура тропического бриза в комнате, казалось, достигла ста градусов. Его тело частично прижималось ко моему. Его твердая длина прижалась чуть выше болезненного места между моих бедер. Верхняя часть его тела все еще была приподнята. Его сила поражала меня.
— Мы оба знаем, что я могу взять от тебя все, что хочу, — предупредил он, его голос стал резче.
— Но мы оба знаем, что тебе нужно мое разрешение.
Я не знала, откуда во мне взялась эта сила, но ответила ему с той же решимостью, с таким же разочарованием. Верила, что он никогда не попытается взять меня против моей воли. По крайней мере, мне хотелось верить, что он больше никогда не сделает этого со мной.
— Я ни у кого, ни о чем не прошу, — издевался Так, холодность его голоса вызвала дрожь по моей спине, но я не испугалась. Скорее воодушевилась.
— Но у меня тебе придется просить.
Чтобы доказать, что я не права, мужчина коснулся моих губ — дерзко, резко, наказывающе. Так же быстро, как захватил мои губы, он отступил. От давления его губ мог остаться синяк. Я не узнавала его таким. Даже в ту ночь, в ту роковую ночь, — он просил.
— Скажи мне, со сколькими мужчинами ты была после меня? — скомандовал он.
— Это не твое дело.
— Ты мое дело. Скажи мне. — Он надавил на мои руки, опуская вес своего тела на мое. Я ожила от этого трения. Мне отчаянно хотелось обхватить его ногами и притянуть к себе. Хотелось доказать, что имею над ним власть.
— Нет, — прошипела я. — Не было никого, кроме тебя.
Мои бедра дернулись вперед, но он замер. Так даже задержал дыхание. Этот момент заставил меня задуматься.
— А что насчет Миллера? — резко спросил Так едва слышно, прежде чем я успела заговорить.
— Он мой лучший друг, — ответила я с почти отвращением от этой мысли.
— Со сколькими был ты? — потребовала я, и мой голос смягчился от страха. — Я видела блондинку. — Узнала ее по статьям о нем.
— Это не имеет значения, — ответил он, позволяя нижней части своего тела расслабиться над моим телом. Потом отпустил мою руку и сжал мою челюсть. Затем Так поцеловал меня. Это был его ход.
— Это важно для меня, — сказала я, пытаясь ускользнуть от его пальцев.
— Несколько. Но никто не был важен. Никто не похож...
— Отстань от меня, — прошипела я, изо всех сил пытаясь вырваться из его хватки. Он крепче сжал меня, удерживая меня на месте. — Убирайся от меня. — Я могла бы закричать, но мне не хотелось будить Миллера в соседней комнате.
— Мышка?
Он освободил мое лицо и положил руку на кровать рядом с моей головой.
— Где ты? — прошептал мужчина, его голос смягчился до того, который я узнала. Он уставился на меня, как будто не видел меня.
— Проснись, проснись, пирожок.
Голос Миллера поразил меня, и я перекатилась на спину, повернув голову лицом к противоположной подушке. Така не было.
Прошлой ночью он скатился с меня и лег на спину, глядя в потолок. Я повернулась на бок, отвернувшись от него. Я думала, что он уйдет, когда повернусь к нему спиной. Мы не были теми двумя людьми, которыми были на острове. Он даже выглядел иначе. Его волосы были уложены. Лицо выбрито. Я не нашла следов человека, которого знала. Но в какой-то момент тот перекатился ко мне, его грудь прижалась к моей спине. Его рука обвилась вокруг моей талии.
— Впусти меня
Я нерешительно потянулась к нему, поглаживая его руку от локтя до запястья, чтобы подтянуть ее к моей груди. Его пальцы сжались в кулаки с моими, и я еще больше осознала, как сильно скучала по нему.
И точно так же, как когда мы были на острове, его исчезновение заставило меня задуматься, был ли он там вообще.
— Похоже, у нас был посетитель? Кому-то повезло прошлой ночью?
Моя голова повернулась к Миллеру. Его брови шевелились, а глаза с намеком переместились на подушку рядом с моей.
— Вчера вечером никому не повезло, — фыркнула я, расчесывая свои длинные волосы.
— Ну, по крайней мере, не тебе, —подмигнул он.
— Кто? — хихикнула я.
— Мой секрет, — сказал он. — А теперь вставай с кровати.
— Хм, ты предаешь новое значение термину
Матрас прогнулся, когда Миллер сел рядом со мной.
— Этти, ты не можешь скрыться от него. Ты когда-то сказала, что любила его. Судя по тому, как он смотрел на тебя прошлой ночью, я бы сказал, что он и сейчас думает о тебе также.
Я уставилась на Миллера.