— И… — Миллер был в ударе, так что остановить его было невозможно. — Ты действительно веришь, что он хочет контролировать тебя вот так, весь БДСМ и все такое? Ошейники, лизание обуви и прочее? Или это больше связано с вашими эмоциями? Он хочет, чтобы ты что-то чувствовала к нему, а ты этого не делаешь.
Я молча моргала, глядя на своего лучшего друга.
— Он сильный человек. И может купить все, что захочет.
— Может быть, он хочет, чтобы кто-то искренне любил его, а не эту жадную Барби, пускающую слюни на него, или группу друзей-неудачников, осмеливающихся друг с другом брать женщин.
Я держала бутылку шампуня из отеля, но не осознавала, что навязчиво откручивала и закручивала крышку. И рефлекторно сжала флакон при его словах, что шампунь для волос с тропическим ароматом выплеснулся наружу, испачкав переднюю часть моей рубашки.
— Дерьмо. — Я побежала в ванную, сняла рубашку и бросила ее на пол.
— Этот ураган немного пугает, — сказал Миллер, когда мы вошли в лифт. — На самом деле это чертовски страшно, как и многое в жизни.
Я не понимала, что он имел в виду, и у меня не было времени на философию Миллера. Нам нужно было вернуться на материк. Ураган был страшным делом. Я уже проходила через это раньше. Эта мысль заставила меня задуматься. Мои губы дернулись в желания улыбнуться от воспоминания.
Миллер положил руку мне на предплечье.
— Этти, расскажи мне, что с ним случилось до сегодняшнего дня. Где ты была вчера? — Друг выгнул свою идеальную бровь, пока в такси до аэропорта я рассказывала, как отдала Таку книгу, и это привело к тому, что я снова ночевала на острове.
— Это было больше, чем я ожидала, — сказала я. И тихонько фыркнула от этой мысли, откинув голову на заднее сиденье. Все в Таке и во мне было большим, чем я могла себе представить. Это была фантазия о сексуальной свободе, эмоциональном контроле и дружбе. И любовь. Я любила его. Я не сказала Миллеру о своих опасениях, что потеряю Така, когда мы покинем остров. Не сказала, что умоляла Така трахнуть меня на кровати в моем курортном номере, желая, чтобы он доказал, что мы можем быть чем-то большим, чем остров.
— Разве не такой должна быть любовь? Больше, чем мы думали. Больше, чем мы ожидали, — мудро заявил Миллер. Мы добрались до аэропорта и стояли в ожидании разрешения на взлетно-посадочную полосу. Я повернулась к Миллеру.
— Но посмотри, как все это началось. Я имею в виду, он почти… — Я не смогла произнести слово, проглатывая боль прошлого. — Как это может быть началом отношений?
— Это не было началом, — заявил Миллер, кивая в знак согласия. — Но посмотри на финиш, Этти. Посмотри, к чему привела гонка.
— Это привело к тому, что я ушла, — выпалила я, тряся сумкой для выразительности.
— Это привело к тому, что он полюбил тебя, как должен. Ты сделала выбор уйти.
— Я... — Я не знала, как ответить. Я неправильно поняла? Ведь я уже однажды уходила, потому что боялась, что разоблачение Така перед Лилиан означало бы, что я его потеряю. Стоя в аэропорту, только я проигрываю, если уйду. Он все это время ждал, что я его найду. Внезапно мне пришло в голову, что из страха, что он, в конце концов, отвергнет меня, я отвергла его.
— Остров видит, — пробормотала я, вытирая рукой лоб. — Я не смотрела.
— Что? — спросил Миллер, глядя на свой телефон.
— Я не обратила достаточно внимания. Он сказал… он сказал… — Я замолчала. — Он сказал, что хочет быть всем, что у меня есть. Он не хотел заниматься бизнесом, но хотел дать мне деньги, чтобы сделать все, что я хотела. — Я посмотрела на Миллера. — Он делал это для меня. — Я сглотнула, когда посмотрела на самолет и на медленно идущую к нему очередь людей.
— Ты сказала, что он чувствовал ответственность за вас.
— Он чувствует. Но также говорит, что любит меня.
— Так сказал это, да? — Миллер ухмыльнулся, снова многозначительно выгнул бровь и медленно улыбнулся мне, как будто знал секрет. — Что это за штука с тремя слепыми мышами? Да ладно, посмотри, как они бегут. — Он пошевелил пальцами, собираясь уйти. — Может быть, одной мышке стоит поумнеть, зажать хвост между лапок и поднять голову выше? Доверяй тому, что было до нее. — Он приподнял подбородок, прищурив глаза. — У тебя есть вся сила, Этти. Ты можешь сделать любой выбор. Единственный человек, которому нужно оправдать это — это ты сама.
Мое сердце забилось от этой мысли.
— Боже мой, Миллер. Что я наделала?
Так
— Думаю, у нас все в порядке, Босс, — сказал мне Марко, когда я помог ему закрепить защитные деревянные панели от урагана на окнах моего офиса.
