Наконец я все-таки устранил главное препятствие на пути к моим деньгам и забрался внутрь. Поскольку дышал я воздухом из баллонов акваланга, то не смог унюхать ароматы сейфа, но мой защитный амулет сообщил мне, что атмосфера вокруг «грязных» денег была мерзопакостная. Когда я склонился над тюком с деньгами, я вдруг лишился зрения. Благодарно отметив про себя предусмотрительность моей тех-поддержки, я отодрал от своей водолазной маски забрызганную краской пленку и снова увидел свет. Осмотревшись, я обнаружил, что все вокруг заляпано какой-то фиолетовой краской. Глянув на свой гидрокостюм, я оценил его модерновую раскраску, жаль только, что она была одноцветная.
Наличка была упакована в два больших тюка и покрыта несколькими слоями герметичной пленки. Ободрав все это, я увидел, что рубли и баксы лежали отдельно. Поняв, что тюки с наличкой больше ничем не присоединены ни к чему громоздкому, я убрал их в пространственный карман и задумался, как теперь мне выбираться. Лучшим вариантом для меня была телепортация, но для этого надо выбраться из сейфа наружу. Опытным путем мы в Академии магии выяснили, что толстые и плотные стены затрудняют телепортацию из замкнутого помещения, поэтому у меня не было никакого желания пытаться сразу «слинять» из этого бронированного сундука.
В общем надо было вылезать обратно в уже обжитую мной каюту, но, кажется, туда вот-вот должны были проникнуть мои недоброжелатели. Я приготовил свой артефакт с «менталкой» и осторожно заглянул на долю секунды в каюту через проделанный мной лаз. Никого в каюте не увидел, но обратил внимание на то, что дверь уже наполовину отогнута сверху вниз, а позади нее возится пара мужиков, в которых я тут же «пульнул» пару раз ментальным ударом, после чего они вроде бы осели на пол.
Продолжая держать «менталку» наготове, я осторожно полез через лаз. Неприцельный ментальный удар оказывает какое-то вредоносное воздействие на мозг человека, но для того, чтобы хотя бы несильно усыпить его, приходится использовать мощность, достаточную для смертельного повреждения, если бить целенаправленно. Но тут уж делать нечего — я так понял, охранники готовились меня расстрелять через дыру в дверном проеме. А может быть даже и гранату приготовились кинуть. От последнего меня могло уберечь только то, что любитель анального секса продолжал валяться на своей койке, куда я его забросил, чтобы он под ногами не мешался, и его товарищи могли опасаться убить его, надеясь, что тот еще жив. Он действительно еще дышал, хоть я и огрел его достаточно сильно, чтобы вырубить минимум на несколько часов. Но я не забыл выписать ему премиум-пакет наших фамильных проклятий на память об этой незабываемой турпоездке. Надеюсь, этих спецназеров по результатам моего визита всех приучат к анальному сексу за профессионально выполненную работу по охране народного достояния. Причем, в качестве «принимающей» стороны!
В итоге я все-таки успел вылезти из дыры в стене и тут же телепортировался из каюты. Для этого я специально привязался к смотровой площадке на крыше теплохода, как только оказался на борту, тем более, что на теплоход я попал по воздуху, сев как раз на эту площадку аки ангел небесный. При этом во время бегства я сильно переживал, что могу попасть под пули охранника, которого могли выставить в этом месте, чтобы контролировать «воздух» и пространство вокруг корабля. И тут вдруг я появляюсь из ниоткуда! Невидимость ведь при телепортации слетает! Поэтому мне, появившись на верхней палубе, надо было немедленно набрасывать невидимость и резко стартовать вверх, чтобы не поймать пару пуль, уже находясь в невидимости. Защитный амулет бы меня прикрыл от пуль, но при этом своим миганием он бы меня обозначил для стрелка, спровоцировав его на новую стрельбу в мою сторону.
Только отлетев от теплохода на несколько сотен метров, я облегченно вздохнул — операция «Ыыхах» благополучно завершилась, о чем я тут же сообщил своей поддержке:
— Мин Су, мне сообщили, что сегодня у вас в Китае праздник. Поздравляю великий китайский народ в вашем лице! Желаю, чтобы Доширак в вашей миске никогда не заканчивался.
Ответом мне стало хихикание в микрофон и ржание на заднем плане. Затем меня сориентировали:
— Двигай на юго-запад. Мы тебе клизму сделаем.
— Давно пора, а то я думал мне опять придется заниматься толканием ядра.
— Какого еще ядра? — опешил Мин Су.
— Ну от которого вы меня клизмой будете спасать.
— А-а-а, вот ты какое ядро толкаешь… — догадался недогадливый полковник под ржание, гулявшее эхом по салону нашего минивэна. Дело в том, что мы заранее договорились по сотовой связи не пользоваться названиями городов, заменив их на созвучные слова. Клязьма у нас по коду проходила как «клизма», и обещание сделать клизму означало, что мои помощники подберут меня у Клязьмы.
На обратном пути до Москвы я кратко рассказал, как грабил корабль с туристами. Когда мое повествование закончилось, в машине на пару минут установилась тишина, после чего Мин Су, которого друзья уже начали величать Китайцем, задумчиво проговорил:
