И вот настал решающий момент. Осталось всего три поединка, и Алексей победит в этом турнире. Он был уверен, что победит, иначе быть не могло. Зачем вообще начинать всё это дело, если не быть уверенным в победе?
Лют… или Светозар, неважно — всегда был уверен в своих решениях, в своих действиях. Он шёл к результату, и хотя не все и не всегда понимали, что именно он вытворяет, он не обращал на это внимание.
— Мирослав, видно, подустал, — танцор хренов, но
До начала схватки ещё оставалось время, и Мирослав, желая вывести на эмоции, самодовольно воскликнул:
— Давай, потомок Узурпатора! Один раз я тебя уже победил!
— Да, — хищно прорычал Алексей, — но на это есть одна причина. Знаешь какая?
— И какая же? — хмыкнул Мирослав.
— Я танцор плохой. Мне кое-что мешает.
— БОЙ! — объявил глашатай.
И танцор ринулся с места прямо на Алексея, который почему-то стоял на месте. Мирослав атаковал — удар за ударом, удар за ударом. Он скакал вокруг Алексея, устраивая настоящий вихрь стали и магии ветра, но Алексей только уклонялся, изредка ставил блоки и заставлял каждый выпад проваливаться.
С виду он делал это проще простого, но на самом деле концентрировался и напрягался до предела, чтобы не тратить много духовной силы. Впереди ещё два соперника, и они наверняка будут куда сильнее танцора.
Алексей, конечно, помнил об ошибке Сварри и не собирался тратить слишком много сил, чтобы уделать принципиального противника, но немного вольности Алексей себе позволил. Он хотел закончить этот бой красиво, поэтому даже не атаковал в ответ. Пока что.
Алексей наблюдал за Мирославом. Он прямо-таки был нацелен на битву с ним, жаждал встретиться в поединке и отчаянно болел за своего соперника, когда тот сражался с другими участниками турнира. Наблюдал и изучал.
Всё это долгое путешествие, которое началось в Стариграде, на востоке, в варгийских землях, и закончится здесь же, в Варгии, только на западе, научило Алексея наблюдательности.
Ему приходилось сражаться с таким количеством противников в битвах, где ставкой была жизнь, что он научился видеть — не просто смотреть, а по-настоящему ВИДЕТЬ.
Подмечать, запоминать, делать выводы и пользоваться этим. Он наблюдал за Мирославом весь турнир и теперь читал его как открытую книгу.
Вот сейчас он сделает взмах с добавлением магии ветра, но это обманка. Резко изменив траекторию, Мирослав и правда рванул в сторону, чтобы сделать подсечку. Он действительно будто танцевал, его движения были плавными, даже несколько ритмичными.
Раз-два, раз-два, раз-два…
Алексей запомнил этот ритм ещё тогда, на первом соревновании. Поэтому теперь…
Раз — уворот, два — поворот; раз — нырок, два…
Апперкот!
Они сражались копьями, а это предполагало драку на средней дистанции, но Алексей резко её сократил и врезал кулаком по челюсти Мирослава.
Удар сбил весь ритм танцора. Да, может, он был неплохим поединщиком. Турнир — это явно его вотчина. Вот только в настоящей битве нет ритма. Там всё может измениться в любой миг.
Алексей научился думать, а не просто выполнять отработанные движения, которым его учил Мудр. И привык не ждать подсказок.
Теперь он воспринимал любой бой не как соревнование и не как тренировку. Он привык, что за поражением следует смерть. И именно потому он не прибил Мирослава сразу же — хотел показать ему, насколько велика разница между ними.
Алексей выбил из рук соперника копьё, пока тот падал на песок арены, а затем резким движением уткнул остриё прямо в глотку.
— Продолжай танцевать, — холодным тоном посоветовал он Мирославу. — Это у тебя намного лучше получается.
И толпа вдруг заликовала!
Затем, сначала одиночными возгласами, робко, но то тут, то там начали доноситься^
— Нелидов!
— Нелидов!
— Нелидов!
Алексей обернулся, с удивлением обвёл взглядом линию трибун. Его встречали, его любили. Его признали.
И вместе с ним — род потомков Узурпатора, который, быть может, и правда не был Узурпатором.
И тогда, усмехнувшись, Алексей видел руки кверху, отвечая приветствием — и зрители взорвались новой волной ликования.
— НЕЛИДОВ! НЕЛИДОВ! НЕЛИДОВ! — доносилось уже отовсюду.
— Ты… ты хороший боец, — раздалось позади.
Мирослав, покрытый песком, протягивал ему копьё.
Это было действительно хорошее копьё. Настоящее оружие. Короткое древко, толстое и прочное, из какого-то тёмного дерева. Длинное остриё, которым можно было и колоть, и рубить. Сталь точно с примесью руды из Драконьих гор. В общем, это копьё было немногим хуже, чем копьё самого Алексея, сделанное Окулой ещё в Стариграде.
— Оставь себе, — махнул Алексей. — Я редко использую копьё, оно мне без надобности.
— Но… — удивился Мирослав.
Сам он уже наверняка озолотился только на возврате дорогого оружия проигравшим.
— А как же… а выкуп?
— Дурак ты, — хмыкнул Алексей. — Дают — бери и не спрашивай. А то я передумаю.
Мирослав опомнился, убрал копьё, поклонился и пошёл прочь. А Алексей прикрыл глаза и с наслаждением вдохнул. Всё-таки в турнирных боях есть свои преимущества. Запах победы не обязательно имеет привкус крови, дерьма и копоти.
━—━————༺༻————━—━
