— Значит, я правильно понимаю, — вздохнул я. — Ты… — указал на Сварри, — мало того что просрал турнир почти в самом начале, так ещё и отдал оружие за грёбаный бочонок вина! А ты, — теперь на Алексея, — весь из себя такой крутой перец, решил изобразить ещё более крутого перца и отказался от нехилого выкупа⁈
Сварри и Алексей взволнованно переглянулись, а затем посмотрели на меня и кивнули.
— Ну, это смотря с какой стороны посмотреть, — попытался оправдаться Сварри.
— Просто ты вот так вот сказал. — добавил Алексей. — Всё вывернул наизнанку прям…
— Батур! — окликнул я хазарина, не глядя. — Скажи мне, сколько выкупа ты получил за всё оружие?
— Который я забрал у своих соперников? Если честно, сложно сосчитать, — прикинул Батур. — Но у нас есть ещё один сундук с золотом, пара небольших мешков драгоценных камней, а ещё…
— Всё, достаточно, — остановил я его. — С вас будет вычтена доля выкупа, которую вы упустили.
— Чего⁈ — возразил Сварри.
— Как так-то⁈ — ахнул Алексей.
— А чтоб думали в следующий раз! Нашли, блин, кому благотворительность оказывать! Если ваши соперники могут позволить себе настоящее оружие, то не обеднеют, заплатив нам выкуп! Герои, мать вашу!
Наступило неловкое молчание, которое я заполнил, приступив к супу. Но затем спросил, вернувшись к теме:
— Так, ну а что дальше?
Теперь переглянулись Алексей и Батур.
— А дальше мы сошлись в поединке друг с другом.
К тому моменту, когда настала очередь сразиться Алексею и Батуру, их возможный противник был уже определён. Царевич Велизар одолел своего соперника и поднялся на последнюю ступень турнирной таблицы.
Сейчас он сидел в первом ряде трибун — там, где выделили место для остальных участников турнира, чтобы им не пришлось весь день тухнуть в «выгребной яме», которую почему-то теперь называли бойцовским залом. И потому царевич внимательно наблюдал за бывшими товарищами по команде. Один из них будет его соперником за звание чемпиона.
— В этом бою столкнутся Батур из рода Хучтэй и Алексей из рода Нелидовых! — объявили глашатай.
Зрители встретили бойцов овациями. Удивительно. Два презренных, заслуживших уважение и любовь собственными умениями. Алексей с отметкой Ужасного Узурпатора, чья кровь текла в его жилах (и кто знатно храпел по ночам, между прочим, мешая Алексею спать), и младший сын кхазарского вождя. Из народа, с которым варгийцы вот уже какую сотню лет постоянно сражались.
Ну, конечно же, среди зрителей были не только варгийцы, которые наверняка по большей части предпочли бы своего соплеменника, чтобы оказывать ему поддержку. Поэтому не было здесь явного любимца публики. Но оба бойца вообще не должны были забраться так высоко, и за это их уважали намного сильнее.
— Я не собираюсь тебе уступать, Батур, — предупредил Алексей. — Я знаю, у нас общая цель, но не жди от меня подачек.
— Это очень хорошо, — кивнул хазарин. — Я надеюсь на это. Давай покажем друг другу, чего мы достигли за всё время, что прожили бок о бок.
— Покажем!
Злата наблюдала за ними и не могла унять волнений. Оба стали ей близки, она считала их друзьями.
И весёлого, «светлого» Алексея, иногда немного ленивого и потому сообразительного. Ведь чтобы прилагать меньше усилий для чего-то, нужно найти способ упростить задачу!
И Батура, который чаще всего был спокоен, но мог взорваться эмоциями как никто другой, ведь постоянно держал их в себе.
Как же она завидовала легкомысленному Сварри, который просто заявил: «Пускай они надерут друг другу зады как можно зрелищнее!». Перед этим поединком и Алексей, и Батур отказались от её помощи, хотя она предлагала восстановить их силы, хоть и не намного, и осмотреть мелкие раны, полученные в ходе предыдущих схваток. Но нет, они решили выступить со всем грузом, который тянулся с предыдущих поединков. И Злата, наверное, была им за это благодарна. Готовить друзей к битве между собой наверняка оказалось бы непросто.
— Да начнётся бой! И пусть победит сильнейший! — объявил глашатай.
И Алексей с Батуром тут же ринулись сражаться. Огонь и ветер — две стихии, которые могут быть и лучшими друзьями, и злейшими врагами. Алексей и Батур слишком уважали друг друга, чтобы примериваться и тратить время на пустой обмен ударами. И поэтому, как только начался бой, арену озарила магия.
Огненные вихри и ветряные серпы схлестнулись друг с другом в красочном и ужасающем танце стихий, от которого даже сквозь защитные барьеры так пробирался жар, что зрители невольно щурились и покрывались руками.
— Вот это я понимаю! — прорычал Сварри, глядя на бой.
— Будьте осторожны, я вас прошу, — тихо прошептала Злата.
Батур окружил Алексея смерчем, пытаясь забрать воздух и потушить его огонь. Но Алексей не стал обороняться — он, наоборот, напал, направил своё пламя в смерч, и тот превратился в ужасающий огненный столб. Чувствуя, что контроль над магией теряется, Батур напрягся. Сейчас они будто перетягивали канат за контроль над этим смерчем.
