Когда Элла поднималась на сцену, Трейси вдруг почувствовала чей-то взгляд. Она оглянулась. Сердце бешено застучало. Не привиделось ли ей? Через несколько рядов позади нее сидела Сюзанна Рейнолдс! Их глаза встретились, и Сюзанна едва заметно улыбнулась — нерешительно и виновато.
Они обе отвернулись, и важный момент, который мог все изменить, был упущен. Трейси задрожала всем телом: у нее тряслись колени, руки и плечи. Дэн это заметил и удивленно посмотрел на нее. Но она покачала головой. Сейчас не время и не место это обсуждать. Она потом ему все расскажет. Впрочем, что она может сказать? Она не видела Сюзанну Рейнолдс четырнадцать лет. Сегодня столько всего произошло!
Все эти мысли исчезли без следа, когда Холден поднялся на сцену. С этой минуты Трейси помнила лишь о чуде, которое происходило у нее на глазах. Дэн тоже был потрясен. С тех пор как Холден заболел, отец молча переживал свое горе. Он не плакал и не потрясал кулаками перед Богом. Сначала он пытался помочь сыну, но потом, отчаявшись, стал проводить с ним меньше времени. Вскоре Дэн уехал на Аляску. Трейси ни разу не видела, чтобы муж плакал после того, как Холдену поставили диагноз.
До сегодняшнего дня.
Когда Холден запел, Трейси почувствовала, как ей на руку упала капля. Она подняла глаза и поняла, что эта минута навсегда останется у них в памяти. Отныне все изменится.
Потому что Дэн плакал.
Конечно, им предстоит многое преодолеть. Полное выздоровление казалось недостижимым. Но вот Холден допел песню. Раздались аплодисменты. Трейси повернулась к Дэну, и они крепко обнялись.
— Дэн, пожалуйста... не бросай нас. Ты можешь работать дома.
За эти годы она часто сердилась на него за то, что его не было рядом. Он убежал от Холдена и трудностей, связанных с его болезнью. Но все это позади. Она прижалась к нему щекой.
— Прошу, останься! Ты нам нужен.
— Мы это обсудим. — Он заглянул ей в глаза. — Обязательно.
Собрание близилось к концу. Трейси напряглась: она понимала, что ей не избежать разговора с Сюзанной Рейнолдс. Ученики начали расходиться. Они с Дэном встали рядом с Холденом. Дэн произнес слова, которых Трейси не слышала от него с тех пор, как Холдену поставили диагноз:
— Сынок, я тобой горжусь! Здорово ты спел эту песню!
Если бы это происходило в кино, Холден небрежно бы отмахнулся от похвалы: «Ничего особенно, пап. Спасибо, что пришел». Они бы пожали друг другу руки или обнялись. Этот день навсегда бы остался у них в памяти, они бы не раз о нем вспоминали впоследствии.
Но это реальная жизнь, в которой все идет своим чередом. Холден посмотрел на свои ботинки и несколько раз качнулся с пятки на носок. Вперед... назад... вперед... назад.
— Холден, ты меня слышишь? — Трейси мечтала о том, чтобы он ответил. Это стало бы доказательством, что его песня — не обман зрения, не счастливая случайность, которая больше никогда не повторится. — Я тоже тобой горжусь, Холден. У тебя замечательный голос.
Холден резко поднял голову и нервно кивнул:
— Спасибо... спасибо. — Он не смотрел ни на Трейси, ни на Дэна. Но им было довольно того, что он заговорил. Новое чудо! В последний раз Холден говорил с отцом в три года.
Дэн шагнул к сыну, чтобы похлопать его по спине, но, испугавшись, замер на полпути.
— Ну... что ж, мы потом поговорим, ладно?
Холден кивнул и направился к Элле, которая собиралась на урок. Девушка оглянулась и помахала Трейси и Дэну:
— Я провожу Холдена.
Они ушли. Дэн направился к родителям Майкла:
— Я хочу с ними поговорить. — Затем он посмотрел туда, где в одиночестве сидела Сюзанна Рейнолдс. Она словно чего-то ждала. — А ты иди к ней, — предложил он шепотом, чтобы его не услышал никто, кроме Трейси.
Она вздохнула:
— Помолись за меня.
— Хорошо. — Он пожал ей руку и пошел в противоположном направлении, к родителям Майкла.
У Трейси вспотели ладони. Что она скажет? Прошло столько времени... осталось ли у них что-то общее? Она повесила сумочку на плечо и направилась к выходу, где в одном из задних рядов сидела Сюзанна. Их глаза снова встретились. Как быстро летит время! Кажется, еще вчера они вдвоем сидели на качелях — Холден у нее на коленях, а Элла на коленях у Сюзанны. Они были молодыми матерями, которые подружились еще в школе.
Трейси с трудом узнала Сюзанну. Теперь ее волосы были почти белыми, а губы неестественно пухлыми. Подруга ужасно похудела, но грудь стала даже больше, чем тогда, когда она кормила Эллу. Время от времени Трейси слышала кое-какие сплетни о Рэнди Рейнолдсе: мол, его карьере пришел конец. Она отказывалась этому верить. Но ей было довольно одного взгляда на Сюзанну, чтобы заметить в глазах бывшей подруги отчаяние. Она казалась очень жалкой.
Подходя к ней, Трейси забыла, как сильно обижалась на Сюзанну, когда та перестала с ней общаться. Она помнила лишь о том, что они — две близкие подруги, которые некогда были любимы и счастливы, но перенесли много страданий.
