— Неужели Вы думаете, что Иллиандра будет готова посвятить свою жизнь сочинению поэтических лозунгов?.. В то время, как ее внутренняя сила, ее стремление…
— Граф Делтон! — Плоидис резко оборвал его. — Вам ясен приказ?
Делтон сжал губы.
— Да, Ваше Величество.
— Великолепно. Он не обсуждается.
Делтон чуть поклонился.
— Разумеется, Ваше Величество.
— Вы свободны.
— С Вашего позволения.
Граф вновь поклонился и направился к дверям.
— И имейте в виду, — произнес Плоидис, когда граф уже был у выхода. — Ослушаетесь этого приказания — и кара Ваша будет самой суровой.
За ужином, как, впрочем, и за весь прошедший день, Иллиандра почти не притронулась к еде. Весь день она отчаянно пыталась найти себе занятие, но строчки в книгах расплывались у нее перед глазами, перо застыло над бумагой, так и не излив на нее ни слова; и Иллиандра проводила долгие часы, бесцельно слоняясь по комнатам, останавливаясь у окон, вытаскивая книги с полок и вновь ставя их на место.
— Тебе нужно поесть, Илли, — заметил Дариан, отрывая девушку от ее мыслей.
— Я не хочу. Правда, Дариан.
Он вздохнул и неожиданно накрыл ладонью ее руку.
— Илли, поверь мне, все уладится. Просто дай ему немного времени.
Иллиандра подняла на него глаза и слабо улыбнулась.
— Спасибо. Но я знаю Плоидиса. Едва ли он сможет простить то, что видел.
— Разумеется, сможет. Он любит тебя.
— Я предала его доверие, — Иллиандра сокрушенно покачала головой, чувствуя, как слезы вновь подступают к глазам. — Ох, Дариан, он ведь так доверял мне… и мне так жаль… так безумно жаль, что я уже не могу вернуть все обратно…
Дариан, не ответив, вдруг взял со стола колокольчик и позвонил лакею.
— Да, Ваша Светлость? — слуга почти сразу возник в дверях.
— Амар, принесите нам, пожалуйста, бутылочку двенадцатилетней Долины Авернаса.
— Сию минуту, Ваша Светлость.
— Дариан, — Иллиандра удивленно взглянула на него. — Зачем? Не нужно…
— О нет, Илли. Это именно то, что тебе нужно сейчас.
Иллиандра чуть нахмурилась и шепотом произнесла:
— Не думаю, что Алиетт обрадуется, когда ты заявишься к ней навеселе.
— Я не пойду к ней сегодня, — ответил Дариан, и, поймав удивленный взгляд девушки, пояснил: — Я останусь с тобой.
— Не говори ерунды. Это не твои проблемы.
— Я твой муж, Илли, — усмехнулся Дариан. — И твой друг. Разумеется, это мои проблемы.
— Алиетт обидится. Еще не хватало, чтобы и между вами вышла размолвка.
— Она сама предложила мне это.
Иллиандра неверяще посмотрела на него, а потом вдруг чуть усмехнулась.
— Хочет попытаться поговорить с ним?
— Думаю, не преминет, — с улыбкой ответил Дариан. — И, знаешь, у нее неплохо получалось улаживать конфликты своих сестер в Авернасе.
— У нее их несколько?
— Четыре.
— Ого! — удивилась Иллиандра.
— Да, и все младшие, — Дариан вдруг рассмеялся. — Ох, Илли, если бы ты только видела, какими взбалмошными иногда могут быть принцессы!
— Я видела, поверь, — ответила Иллиандра, вспоминая вдруг принцессу Иоланту.
— Две самые младшие вечно не могли поделить игрушки, — увлеченно продолжил Дариан. — Те, что постарше, решали «взрослые» проблемы: о кавалерах или о том, кто из них опять взял взаймы чужое украшение… и это притом, что драгоценностей у них всегда было хоть отбавляй.
Иллиандра невольно заулыбалась, представляя себе, как Алиетт разнимает маленьких принцесс, поднявших шум из-за плюшевого мишки.
Вошел лакей с бутылкой вина и, бесшумно опустив ее на стол, умелым движением откупорил пробку. Он хотел было наполнить бокалы, однако Дариан остановил его.
— Амар, будьте добры, отнесите его в гостиную вместе с закусками.
— Конечно, Ваша Светлость.
Дариан встал, подавая Иллиандре руку. Они прошли в гостиную, а через минуту лакей поставил на стол вино, фрукты и сыр. Дариан жестом отпустил его, и когда двери за ним закрылись, предложил Иллиандре бокал.
— За твое счастье, Илли.
Она улыбнулась ему и пригубила вино.
— Расскажи мне, как вы познакомились с Алиетт, — попросила она.
