Возвышение и мятеж полностью

Следовавшие за ним крайтэки остановились на краю рощи, более чем в двух сотнях ярдов от колоссального ствола Старейшины Тириона. Он же прошёл вперёд, встав лишь в тридцати ярдах от основания ствола. Крайтэки будут ожидать, что он пройдёт до конца, поскольку ему придётся соприкоснуться со стволом, прежде чем войти в транс для общения со своим создателем. Надежда была на то, что они не отреагируют на преждевременную остановку.

Поставив лук плечом в землю, он вытащил тетиву, и нагнулся, чтобы нацепить ушко тетивы на нижнее плечо лука. Затем он выпрямился, вынес одну ногу вперёд, и, используя своё тело, согнул плечи, пока верхнее ушко тетивы не достигло кончика верхнего плеча. Натянув тетиву, он выставил лук перед собой, планируя свои дальнейшие действия.

— «В чём дело?» — пришёл мощный ментальный голос, заставивший его вздрогнуть.

— «Доказательства предательства людей», — ответил Тирион, с трудом удерживая спокойствие в мыслях. — «Ты меня удивил. Я думал, что мне придётся тебя будить».

Старейшина Тирион ответил:

— «Крайтэки разбудили меня сразу же, как только заметили тебя, поскольку тебя не ждали. О каком предательстве идёт речь?»

— «Я покажу», — сказал он Старейшине, после чего вынул стрелу, наложил её на тетиву, и повернул тело так, будто собирался стрелять в скальный выступ на краю рощи.

— «Сначала объясни», — приказал Старейшина Тирион, но было уже слишком поздно. Увеличив свою силу, Молодой Тирион натянул лук до конца, и в последний момент повернулся, пуская стрелу прямо в основание ствола своего создателя. Стрела полетела в цель, и хотя Старейшина Ши'Хар создал мощный щит, стрела его порвала, почти не замедлившись.

Попал он немного не туда, но металлический наконечник всё равно вонзился в толстую кору, прежде чем создать мощный взрыв. Последовавший за этим ментальный вопль был почти таким же сотрясающим, как взрывная волна, сбившая его с ног.

Его отбросило назад, и он покатился, почувствовав вкус железа во рту — встряска заставила его невольно прикусить язык. Бритвенно-острый хлыст магии, пришедший от одного из крайтэков, только сейчас попытавшихся его остановить, просвистел над его головой. Вскочив на ноги, он осклабился красными от крови зубами. Впервые с момента своего создания чувствовал себя по-настоящему живым.

— Да! — закричал он, ликуя на фоне участившегося от действия адреналина сердцебиения.

Он уклонился от очередного удара, после чего оставил лук на земле, и активировал татуировки. Затем бросился на крайтэков. Они, казалось, были слегка выбиты из колеи из-за наполнявшего их разумы не смолкавшего ментального крика боли, испускаемого Старейшиной Тирионом, но Тирион-мститель обнаружил, что звук ментальной агонии его почти успокаивает, пока он методично и с брутальной эффективностью рубил их на части.

Их было слишком мало, а он был слишком силён. Минуту спустя он вернулся туда, где оставил лук. Пришла пора завершить дело. Он осмотрел результат своего первого удара. В боковой части ствола дерева-Отца зияла массивная прореха шириной в семь футов. Этого было недостаточно, чтобы великое дерево могло упасть, но рана всё же была колоссальной. Ещё одно или два попадания — и ему конец. Но сперва надо было разделаться с деревом-Матерью.

Лираллианта пробуждалась, и её сила была слишком велика для него. Старейшина Тирион всё ещё был в шоке, поэтому он повернулся, и выпустил следующую стрелу в источник своей жизни. На этот раз он подготовился, чтобы не свалиться от ударной волны, и с восхищённой заворожённостью наблюдал за взрывом.

— «Нет!» — послышался полный ужаса ментальный крик Старейшины Тириона, когда более тонкий ствол Лираллианты упал. Она была меньше, её ширины не хватило, чтобы выдержать повреждения — и казалось, что её тонкие ветви плывут по воздуху с изысканной медлительностью, пока она падала.

Он ощутил собиравшуюся магию, и сумел отпрыгнуть до того, как мощный силовой удар ударил по земле, где он только что стоял. Дерево-Отец начало отправляться от боли. Побежав в бок, Молодой Тирион уронил несколько стрел, пытаясь наложить ещё одну на тетиву, но он не слишком волновался. Он наслаждался боем, и для победы в схватке ему нужна была лишь одна стрела.

Широкий, смертоносный силовой клинок разрезал землю. Размеры клинка делали уклонение невозможным, а мощь не давала его блокировать, поэтому он направил магию в мышцы, и прыгнул ввысь. Натягивая в полёте лук, он постарался прицелиться, и выпустил стрелу в верхней точке траектории. Если стрела промахнётся, то до второго выстрела он может уже не дожить.