Внутри себя он ощутил давление, он словно бы уходил в изображение, вернее сказать проходил мгновенно в Иное Место, преодолевая такие расстояние, что лишь одна мысль вводит в страх и ужас вместе с бесконечным впечатлением и восхищением. Затем он почувствовал, что будто висит в воздухе, ощущая лишь давление на себе. Дышать было тяжело, глаза невольно были закрыты, и как бы ни пытался Ридлаур, он не мог их открыть. Он переправлялся с такой скоростью, что уши его не улавливали ничего, словно бы они онемели, и в какое-то мгновение Ридлаур даже перестал ощущать своё тело, словно бы оно истончилось, и он мог только думать об этом. Три Бога переправлялись вместе с ним, и испытывали то же. Но всё это происходило мгновение, так же быстро, как показывало изображение, и вскоре Ридлаур ударился ногами обо что-то твёрдое, и все чувства вернулись к нему, и рука, в которой был Браслет, стала вновь быть в его власти.
Когда он открыл глаза, он увидел то, что не поддастся описанию просто так. Это было совсем другое место, совсем иное пространство: иной воздух, иная земля. Однако Возвысившиеся быстро приспосабливались к чему-то новому.
Он стоял не просто на чём-то твёрдом: он стоял на земле странного зелёного света. Это был зелёный свет, но не тот, что бывает обычно во Вселенных. Он был каким-то осязаемым, чувствительным. И земля под ногами Ридлаура словно бы была живая, изменяя свои свойства, становясь то твёрдой, то слегка мягче, изменяя свойства зелёного света, делая его подобным туману или затвердевая его. Ридлаур был этим поражён, ибо нигде во Вселенной он не видел такого. Здесь были другие законы, здесь всё подчинялось другим силам и всё действовало по-другому, неизвестному ему способу.
Оглянувшись вокруг себя, он еще более поразился. Здесь не было деревьев: его окружали извивающиеся из земли твердые, зелёные формы непонятной растительности: то ли колючей, то ли какой-то иной формы; её было трудно разобрать. Они были больше любых деревьев, извивались своей твёрдой структурой в зелёные небеса, где сиял сжимающийся и вновь разжимающийся яркий источник света, доставляя сюда свет нестабильно, отчего становилось то темно, то вновь светло через определенный промежуток времени.
Когда Ридлаур вдыхал воздух, он ощущал что-то необъяснимое и неопределённое. Ему то хотелось дышать учащённей, дабы вдохнуть весь имеющий здесь воздух, то не хотелось дышать вообще, ограничиться, создать вокруг себя щит, испарить этот воздух, сжечь его.
— Это поразительная красота, — сказал один из Богов. — Мало, очень мало, кто во Вселенных знает об этих Местах.
— Нам нужно торопиться, — сказал Ридлаур, дотронувшись до странной земли; он ощутил не твёрдость, или мягкость или что-то еще знакомое, он ощутил нечто другое, нечто непередаваемое, тяжело объяснимое, отдалённо сравнимое с водой, но вряд ли это было даже похоже на воду.
— И что ты чувствуешь, Ридлаур? — спросил тот же Бог, подойдя к нему ближе.
— Я не знаю, — ответил тот, и встал. Посмотрев на левую руку, которой притрагивался к земле, он увидел, что она словно бы была обвязана зелено-белыми, тонкими лентами, которые вдруг отцепились от неё, и плавно, точно перья, опустились к земле.
— Потому что ты не часть всего этого, — сказал ему Бог. — Как и мы. Мы никогда не поймём, что именно чувствуем здесь.
— Но я пришёл сюда не за этим, — оглянулся Ридлаур. — Я надеюсь на помощь Иных Рас, и всегда буду надеяться даже на уже исчезающую надежду. Возможно, мы и не найдём никого, и, может быть это глупо, но я хватаюсь за любую надежду.
— Это твоё решение, — сказал Бог, и по его лицу прошлись легкие волны света. — И мы уважаем его.
Вдруг послышался странный звук, звук похожий на свист, но не свист. Он был таким громким, что Ридлаур ощутил резкую боль в своих ушах. Он вместе с тремя Богами спохватился, и оглянулся на источник свиста. Он ничего не увидел, кроме как зелёной растительности, но свист повторился, и в этот раз еще громче.
— Нам нужно уходить, — сказал один из Богов. — Ридлаур, уходим!
Ридлаур посмотрел на Богов: они пятились назад, а их руки плавно полыхали серебряным пламенем. Затем вдруг откуда сверху на Ридлаура полетело жгучее, полыхающее зелёным пламенем, копьеподобная субстанция. Но Ридлаур невольно взмахнул Браслетом, и субстанция с последующим недолгим шипением исчезла. Но потом вновь откуда-то сверху прилетела очередная такая субстанция, и Ридлаур вновь отбил её. Затем еще одна и еще, всё быстрее и быстрее, казалось, готовясь превратиться в огненный дождь.
— Беги, Ридлаур! — крикнул один из Богов, и взмахнул руками: излился мощный поток серебряного пламени, который невесомой рекой сомкнулся над Ридлауром защитным куполом.
