— Нет, конечно. Травница в его окрестностях живет, ей к природе надо быть поближе, — охотно отвечала женщина. Она вообще лучилась дружелюбием и Наина подозревала, что это из-за ее опрометчивого обещания научить ее своей стряпне. Хотя наоборот, хорошо, это тоже будет ее маленький вклад в развитие этого мира. Наина приободрилась и начала расспрашивать активней:
— А как мы вышли?
— Так через калиточку, как же еще-то? Не через господские же ворота нам идти.
— То есть любой можно выйти за территорию замка через “калиточку” и никто не будет его останавливать?
— Нет, не любой, только у кого разрешение есть. А так защита не пропустит, — объяснила кухарка.
— А я как вышла? — спросила Наина то, что волновало ее больше всего.
— Так на вас же ограничителя нету, чево не выйти-то? — Кухарка задрала рукав туники и показала тонкий неприметный браслет на руке.
Наину посетило то самое чувство, когда ты понимаешь, что все это время ломился в закрытую дверь, которая просто открывалась в другую сторону.
Она замолчала и постаралась запомнить дорогу. На всякий случай.
Это было несложно, тропинка была хорошо натоптана и привела их к небольшому, аккуратно сложенному из желтого песчаника, домику. Плетеная изгородь, мощенный камнем двор. Пара веселых окошек со ставнями, сбитая из крепких досок дверь, деревянное крылечко, на котором сохнут травы. Навес тоже с травами, летница и уличная печь. Сомнений не было, здесь живет знахарка-травница.
Наина радостно толкнула дверь и вошла внутрь. А в избушке их ждала… Баба Яга. Наина с детьми своего отряда ставили спектакль по мотивам русских народных сказок. Так вот, знахарка, что жила в избушке, сошла прямо со страниц книги. Сама скрюченная, седые лохмы во все стороны, крючковатый нос и даже бородавка на месте. Наина отшатнулась в страхе, но тут же одумалась. Ну, баба Яга, и что? Может она и не выдумка, просто раньше они и на Земле были, а сейчас только здесь, на Дарогорре остались.
— Здравствуй, бабушка, — ласково начала Наина, подражая героям сказок. Что там дальше? Попроситься в баньку? Или избушку повернуться? Но ног-то нет! Да и внутри они уже.
Пока Наина пыталась вспомнить, как правильно строить разговор с фольклорным персонажем, волею судеб оказавшемся здесь, бабка, внимательно глядя ничуть не старческими глазами на Наину, спросила,
— Чего хотели-то?
Как приличная травница она толкла что-то в ступе. Наина завороженно смотрела, как ловкие пальцы растирают порошок, и в душе у нее разливалась волна тепла и восторга.
— Возьмите меня в ученицы, — вырвалось у нее.
Травница-Яга засмеялась неожиданно звонким молодым смехом.
— Не забоишься, вдруг я тебя съем?
Наина упрямо покачала головой. Кажется, она наконец-то приблизилась к своей мечте. Мир услышал ее мольбы!
Прошла седьмица с того дня, как “Претемнейший властелин” (как он сам приказал себя называть) велел Кролику с поэтическим именем Байрон Гордон привести к нему человеческих дев, волею Богини попавших на остров. Байрон нервничал — время шло, а девы за ворота замка выходить не спешили. Когда же это, наконец, случилось, он сумел перехватить одну из них, но потерпел неудачу — дева идти с ним отказалась. Возможно, он смог бы ее уговорить, но нужны были обе, и Байрон выпустил девицу из норы.
Сейчас он притаился в кустах и следил, как две фигурки удаляются от замка. Поначалу Байрон обрадовался, но в одной из них он узнал Таисию, жену мажоржома и собирательницу сказов. Насколько он знал человеческих дев, они все время сначала пытаются сбежать от нагов. Почему же вышла только одна, где вторая? Они придут к нему обе, обязательно придут, — подумал Кролик, и принялся ждать. Вот только времени остается все меньше…
А вторая посланица в это время болела. Банальная простуда уложила ее в кровать и лишила сил. Таня и знать не знала о том, что кто-то подбирает ей ошейник с топазами, кто-то строит планы по выманиванию ее из замка, а кто-то готовит покои к приему дорогих гостей.
Она забылась беспокойным сном, и ей снова снился Он. На этот раз ее гость был воодушевлен и полон надежд, он говорил о том, что обязательно найдет способ вернуться за ней, и спрашивал, готова ли она бросить все и уехать с ним. Таня во сне смущалась от горячности выдуманного ухажера и соглашалась на все. Вот только о том, что ее занесло в другой мир, рассказать так и не решилась. Закончилась их встреча, как Таня и надеялась, поцелуем, правда, мимолетным. Потому что стоило губам мужчины ее мечты коснуться щеки, по телу Татьяны разлился жар, и она тут же очнулась от того, что ей на лоб положили холодную мокрую ткань.
— Леди Наина сказала, если у вас жар будет вот это выпить, — Захара с легким недоверием подвинула к Тане таблетки, — и ее позвать.
“Таблеточки! Родненькие! Не зелье”, — думала Татьяна, беря лекарство.
— Не надо леди Наину, пусть отдыхает, принеси мне воды, — распорядилась она.
