– Выключи звонок. Здесь. Отнеси сюда эти пробирки. Охлади их. Затем помести в центрифугу. Четыре минуты вращения. Затем используй.
– Это будет уже лекарство?
Дон думал, что он улыбается, но его губы лишь растянулись, как у больной лошади, обнажив зубы. Каждое слово требовало огромных усилий.
– Получится прозрачная жидкость. Точь-в-точь как дистиллированная вода. Мы должны, мы должны...
Тьма, и он падает. Это конец.
Во тьме Вселенной существовали лишь два черных холма, каждый величиной с целый мир. Хотя они беспорядочно перемещались, их движение было трудно разглядеть на фоне несущихся мимо чернильно-черных потоков. Они разговаривали – неизвестные слова на неизвестном языке, – это не могло быть интересным. Холмы бормотали что-то, укачивая своим бесконечным движением...
Но слова можно понять. Для чего же тогда существуют слова...
– ... может начаться...
– ... или...
– ... это выше...
Фрагменты. Не связанные друг с другом слова. От холмов? Нет, не только от холмов – привидений. И они разговаривали.
Долго, бесконечно долго Дон цеплялся за эту мысль, и наконец она ему надоела. Она уплыла, и он забыл о ней, а голоса остались и должны были что-то значить.
В какой-то момент он обнаружил, что его глаза закрыты. Его память представляла собой сплошное белое пятно, а тело оцепенело и совершенно не повиновалось мозгу. Но главное – глаза, потому что эти холмы были людьми, приведшими его в сознание, и он хотел увидеть, кто они. С огромным трудом он открыл глаза и уставился на окружающую его дымку. Белое сновидение.
– Доктор, он открыл глаза.
Голос помог ему сосредоточиться, и в поле зрения вплыло девичье лицо и белая униформа медсестры. Он ни разу в жизни не видел эту девушку раньше. Как мог оказаться на корабле человек, которого он никогда не видел?
И тот, другой, в белом – тоже врач. Дону захотелось рассказать, что он видит их, но язык не повиновался ему.
– С вами еще не все в порядке, но главное, что вы живы и скоро поправитесь. Я хочу, чтобы вы думали об этом, прежде чем снова уснете.
Он снова, словно непослушный ребенок, закрыл глаза и погрузился в сон.
Проснувшись в следующий раз, Дон понял, что он в полном сознании. Его мутило, он был словно выжатый лимон, но голова ясная. На сей раз вместо незнакомки он увидел знакомые черты Рамы Кизима, склонившегося над ним.
– Старшина! – закричал Рама. – Идите сюда! Он проснулся!
Раздались тяжелые шаги, и Дон увидел улыбающегося Курикку.
– Мы сделали свое дело, капитан. Вы спасли всех нас!
Именно эти слова Дону хотелось услышать больше всего. Они в безопасности, все остальное не в счет. Дон попытался заговорить, но кашель помешал ему. Рама поднес к его губам стакан с водой.
Вода была прохладной, и Дон почувствовал себя значительно лучше. На этот раз ему удалось заговорить.
– Что произошло? Расскажите мне все, – он говорил хриплым шепотом, но, тем не менее, его понимали.
– Мы были на волосок от гибели – это точно, – Рама серьезно кивнул при этих словах старшины.
– Когда вы упали, Рама сразу позвал меня. Я уже был в лазарете и чувствовал себя весьма скверно. К тому времени заразились все находившиеся на корабле. Мы уложили вас на койку, и Рама показал мне второй приготовленный вами раствор. Когда центрифуга остановилась, Рама первый укол сделал вам, а затем я помог ему с пациентами. Один был уже мертв. Я помню это совершенно точно, потому что этот человек стал последним умершим. Это был, верите или нет, тот самый Дойле, так что теперь, когда настанет день суда, его не будет рядом с генералом на скамье подсудимых.
– Генерал?
– Жив и здоров, – Курикка холодно улыбнулся. – В прекрасной форме для трибунала. Но сейчас важно не это. День и ночь мы беспокоились о вас, капитан. Никогда не поверил бы, если бы не видел собственными глазами. Мы опустошили шприцы и вернулись за новыми. Рама зашел взглянуть на вас, и я услышал, как он испустил вздох облегчения. Могу вас заверить, что я не медлил.
– Несколько минут, – вставил Рама, – всего лишь несколько минут. Жар спал, и вы лежали спокойно и даже похрапывали, спали обычным сном. Хотя разрушительное действие болезни кончилось не сразу, жар исчез мгновенно.
– Вторая партия приготовленного вами раствора оказалась именно тем, чем надо. Да, люди, которых этот вирус уже свалил, поднимались с кроватей сразу после инъекций. Прекратились смертельные случаи. На следующий день, когда корабль выходил на орбиту, мы сделали инъекцию всем бывшим на борту. И сами управляли судном. Не Марс вывел нас на орбиту, «Большой Кеп» справился сам.
– Вы утомляете его, – произнес новый голос, – вам следует удалиться.
Дон посмотрел на стоящего в дверном проеме врача и улыбнулся, отрицательно покачав головой на подушке.
– Это действует лучше любой вакцины, доктор.
– Не сомневаюсь, но думаю, на сегодня достаточно. Когда вы поспите, они смогут прийти сюда еще раз.
