— Я бы не хотел тебя убивать, Амир. Но ты украл то, что по праву принадлежит мне, — прижав острие ножа к его шее, прорычал Мардоре. — Поэтому сейчас ты умрешь. У тебя нет другого пути – твой брат не прорвется, чтобы тебя спасти.
— Нет! — прорезал мрак мой нечеловеческий крик. Я бросилась к Мардоре.
— Не хочешь его смерти? — хохотнул он.
— Не делай этого, пожалуйста.
— Тогда умоляй меня. Встань на колени и умоляй, чтобы я простил тебя.
— Валери, нет! — прохрипел Амир. — Не соглашайся на это…
Я мешкала. Ноги стали ватными, перед глазами все плыло.
Не спуская с меня глаз, Мардоре повысил голос:
— После моего ухода сжечь дом и всех, кто в нем останется! Начинайте! — прикрикнул на улицу.
У окна вспыхнуло яркое пламя. Потянуло дымом.
Я упала на колени.
— Нет! Пожалуйста, не делай этого! Пожалуйста… У моей семьи больше нет дома, только этот…
— Хочешь, чтобы я сохранил их жизни? Тогда у тебя один выход, Валери. Дать согласие на брак со мной добровольно. Завтра похороны твоего отца, и ты встанешь на панихиде рядом со мной, как покорная невеста.
Дыма было все больше. Он заползал в щели и от него становилось трудно дышать. Я видела, как слабеет Амир. Случилось то, чего боялась бабушка – швы разошлись.
«Он убьет Амира и бабушку, а потом дом сгорит. Как сгорела гостиница «Меридиан», — мелькнула догадка у меня в голове.
— Я пойду с тобой, но взамен поклянись, что никто не умрет! Прикажи своим людям погасить пламя!
Он с силой ударил Амира в солнечное сплетение. С губ Удугова сорвался глухой стон, и он медленно осел на пол. Я с ужасом смотрела на стену – она вся была в крови.
Мардоре шагнул ко мне ближе.
Я дрожала. Меня трясло так сильно, что стучали зубы. Глаза застилали слезы. Они катились по щекам, и их было невозможно остановить.
В серых глазах Мардоре пылала ярость. Размахнувшись, он ударил меня по лицу с такой силой, что у меня потемнело в глазах.
— Поклясться? — сжав мой подбородок, прорычал зло. — Как ты смеешь торговаться?! Я и так беру тебя в жены без чести, которую ты потеряла в объятиях другого мужчины! Кажется, того, что я сохраню жизнь твоему любимому Амиру, уже верх благородства!
Из моей груди вырвался всхлип.
Краем глаза я отметила, как бабушка склонилась над Амиром.
«Может, он не умрет», — полыхнула в сердце надежда.
Мардоре дернул меня за руку, больно и грубо.
— Надевай куртку и иди за мной, — приказал мрачно.
Я покорно прошла в прихожую и сняла с вешалки свою куртку. На миг обернулась на гостиную, но Мардоре не дал мне увидеть бабушку и Амира – грубый толчок в спину заставил податься вперед.
Когда мы оказались во дворе бабушкиного дома, мое сердце едва не остановилось – люди Мардоре со всех сторон обложили дом сухими дровами и сеном. Старое помещение сгорело бы за считанные часы.
— Потушить огонь! — процедил сквозь зубы Мардоре. — Снять оцепление! Мы возвращаемся на побережье. Чтобы через час мои люди покинули город!
Полицейские в форме услужливо бежали перед Мардоре и открывали дверцу служебного автомобиля.
От сердца отлегло – пожар начали тушить.
Меня усадили рядом с ним на заднем сиденье, и черный «мерседес», в сопровождении целого кортежа полицейских автомобилей сорвался с места. Я в последний раз оглянулась на возвышающийся в темноте бабушкин дом, и автомобиль свернул на трассу.
Мы возвращались на побережье.
Выхватив мою руку, Мардоре сорвал с моего пальца обручальное кольцо с россыпью бриллиантов и безжалостно вышвырнул его в приоткрытое на миг окошко.
— Кажется, ты что-то потеряла, — прорычал зло. Извлек из кармана кольцо, в центре которого сверкал крупный бриллиант с оттенком голубизны, и грубо надел его мне на палец взамен выброшенного.
— Ты станешь моей женой, Валери, — сжав мою руку так больно, что я охнула, процедил сквозь зубы.
— Зачем тебе это нужно?! — онемевшими от ужаса губами прошептала я.
— Хм, потому что благодаря твоей выходке с побегом мой рейтинг среди избирателей еще никогда не был так высок, как в последние сутки. Простые людишки обожают любовные драмы. Обманутый жених, украденная невеста… Все в восторге от нашей пары. Я выдвигаю свою кандидатуру взамен кандидатуры твоего отца. Отныне твоя роль – сопровождать меня повсюду в качестве будущей жены. Через сорок дней после смерти твоего отца нас обвенчают. Я встану во главе всего побережья.
— Для этого ты убил моего отца?!
— Убил?.. Что ты, я его не убивал. Твой отец задохнулся во время сердечного приступа.
— Ложь!
Мардоре больно впился пальцами в мой локоть.
— Ну тогда ты должна понимать, Валери, лучше, чем кто-либо другой, что предатели долго не живут! — прошипел зло мне на ухо.
Я отшатнулась и отползла от него в другой угол.
Мардоре отвернулся к окну.
— Тарас, достань еще один укол, — обратился к водителю спустя несколько минут он.
— Господин Мардоре, врач просил не увлекаться, вы же знаете, оно вредно и имеет побочный эффект, — несмело возразил ему огромный полицейский за рулем.
— Я сказал, дай мне ампулу и шприц! — заорал на него Мардоре, и тот, вздрогнув, быстро извлек из пакета в бардачке нужное лекарство.
