Враги полностью

Мне тоже было не по себе, но по другой причине ― я чувствовал, что подвёл Дара, так и не отыскав след Твари, а ещё ― нахлынувшие воспоминания о Леаме, которые обычно кое-как удавалось прогнать из головы, сегодня упрямо не отпускали. Мы давно с ним не виделись, тоска по другу понемногу начала стихать, и надо же было этим утром снова вспомнить осень, светлую, бьющую по худой спине косу Лиса, озорную улыбку и карие с золотом глаза.

― Да какого демона… Не хочу о нём думать и не буду ― от него только сплошные неприятности, но… боже, кого я обманываю ― всё бы отдал, лишь бы несносный заучка в очках сейчас оказался рядом.

Чья-то ладонь робко легла на плечо, и потому, как замолчали бойцы, начав с улыбкой перемигиваться, стало ясно ― Терри — Ворон снова влип. Я резко оглянулся, готовый дать отпор любому, и замер в недоумении ― это оказался Граст, мало похожий на нахального самоуверенного выскочку, каким казался ещё этим утром. Глядя, как он нервно кусал губу, явно подбирая слова, я зло огрызнулся, ведь молодой Избранный посмел отвлечь меня от мечтаний о Лисе:

― Чего тебе, брат Избранный, заблудился, что ли? Пошёл «проветриться» и забыл, где штабная палатка?

Разведчики дружно заржали, а Граст, побелев, хрипло выдохнул:

― Терри, давай отойдём, у меня к тебе дело. Пожалуйста…

Это заявление ещё больше раззадорило шутников, среди которых громче всех смеялся обиженный Тимс, но я не стал их поддерживать ― терпеть не могу подобные ситуации, и потому, быстро поднявшись, кивнул новичку:

― Пошли к деревьям на краю поляны, там нам не помешают…

Новый приступ веселья сопровождался летевшими вдогонку пожеланиями «далеко не уходить, а то монстр укусит деток за бочок», «взяться за ручки, чтоб не потеряться в темноте», а также глубокомысленным изречением какого-то умника ― мол, «кажется, наш Ворон нашёл себе нового дружка»…

Я тяжело вздыхал, мысленно обещая по возвращении устроить насмешникам хорошую взбучку, и как только мы с Грастом добрались к невысоким деревьям, сердито спросил:

― Ну и? Выкладывай своё «дело» и берегись, если это окажется какой-нибудь фигнёй…

Он явно колебался. Свет от горящих костров до края поляны почти не доходил, но всё равно было заметно, как непросто ему давались слова:

― Отойдём подальше, где нас не увидят…

Это меня заинтриговало:

― Что же, зараза, задумал? Решил подставить? Ну я ему устрою ― парень худой как щепка, уложу одним ударом…

«Равнодушно» хмыкнул, хотя сердце уже радостно барабанило в предвкушении развлечения:

― Ладно, веди…

Мы обогнули деревья, и Граст сам зажёг небольшой «светлячок», трясущейся рукой начав лихорадочно расстёгивать светло-зелёную рубашку с вышивкой своего Дома. И, хоть было достаточно темно, уверен, его лицо при этом пылало от смущения, впрочем, как и моё…

От неожиданности обычно болтливый второй после Хорта Избранный временно потерял дар речи и, прокашлявшись, прошипел:

― Свихнулся, да? Ты что тут устроил, болван ― я не по этой части, а ну быстро приведи себя в порядок ― зашибу…

Граст как-то странно засмеялся, заставив усомниться в его умственных способностях:

― Прости, я так волнуюсь, что поторопился…

Меня прорвало от возмущения:

― Да плевать, куда ты «спешишь» ― с Терри — Вороном это не сработает…

И снова придурок то ли всхлипнул, то ли захихикал:

― Не обижайся, Терри, ничего такого ― просто я ранен, но не могу показаться лекарю, на это есть причина… Дар сказал, что твоя магия не раз облегчала его боль. Помоги, сил нет терпеть… ― и он медленно начал заваливаться на бок.

Я вовремя подхватил чудака, прислонив к стволу ближайшего дерева, внимательно осмотрев неровное пятно на коже с такими знакомыми зелёными разводами по краям:

― Что за… Ещё один след от чужой магии, как у Дара? Это же отложенный приговор… Так-перетак, совсем мальчишка. Проклятье…

Быстро прочитав исцеляющее заклинание, с грустью наблюдал, как очухавшийся Граст уже спокойно заправлял рубашку в штаны и, бормоча:

― Спасибо… Ну, я пошёл… ― развернулся в сторону штабных палаток.

Но он не успел, мы ― не успели… Совсем рядом в темноте сначала раздался треск ломающихся веток, затем истошный человеческий крик, быстро захлебнувшийся под страшные звуки раздираемой плоти.

Я не раздумывал, просто не мог ― этот отчаянный вопль звал меня, умоляя не спасти, нет ― отомстить… Рассудок помутился, заставляя чувствовать, как кровь толчками бежит по венам, как оглушительно она стучит в готовой взорваться голове, повторяя:

― Найди и убей эту Тварь…