– Командир говорил о каком-то гигантском дубе, на который он наткнулся во время своих скитаний. Дуб такой огромный, что в нём может уместиться кремлёвская башня. Командир считает, что он прямо-таки князь, а остальные деревья – его дружина.
– Хайп! – фыркнул Мерадзе.
– Хайп не хайп, но в оценках командира я бы не сомневался. Дуб существует, и они полетели к нему.
– Где он растёт? Далеко?
– Чего не знаю, того не знаю.
– Запустим дрон?
– Давай сначала разбудим ботаника, может, он подскажет, у какого Лукоморья стоит этот дуб.
– Я бы всё же запустил дрон.
– Успеем.
Костя проснулся только с третьего толчка в бок.
– Чо, утро уже? – разлепил он глаза.
– Вставай.
– Дайте ещё часок подрыхать, – повернулся Костя на другой бок.
Редошкин и Мерадзе без лишних слов вытащили обалдевшего наружу.
– Вы чо делаете?! – пискнул он.
Редошкин коротко рассказал ему об отсутствии Максима.
– Ну и чо? – пожал плечами Костя, не проявляя беспокойства. – Небось любуются звёздами, романтика, блин.
– Какими звёздами? – озадачился Мерадзе. – Где ты их видел?
– Ну, грибы собирают, – ухмыльнулся Костя, – в кустах.
Редошкин тряхнул его за плечи так, что у молодого человека лязгнули зубы.
– Проснись, Емеля! Несёшь всякий бред! Где находится тот дуб, о котором говорил командир?
– А я почём знаю? Про дуб он рассказывал, а о том, где он стоит, – ни слова.
– И направление не показывал?
Костя наморщил лоб.
– По-моему, влево от солнца, если смотреть в полдень.
– На западе, – пояснил Редошкин лейтенанту. – Далеко?
– Кажется, не очень.
– Кажется… самое лучшее состояние для учёного… Ладно, будем искать. Но сначала запустим беспилотник.
Выволокли из арсенального шалаша готовый к полёту аппарат, проверили аккумулятор, развернули операторский планшет, и тетракоптер поднялся в хмурое небо, роняющее редкие капли дождя.
– Чего суетиться, – сказал Костя, понаблюдав за действиями спецназовцев. – Товарищ майор очень удивится, когда вы его найдёте.
– Он отсутствует уже больше двух часов, – буркнул Редошкин. – Это неправильно.
– Подумаешь, с такой девчонкой всю ночь можно провести.
– Заткнись, шутник!
– А чо? – обиделся ботаник. – Я ничего плохого не сказал.
Какой бы ночь в Заповеднике ни была (на ум сержанту пришло сравнение с белыми ночами в Санкт-Петербурге), освещение леса желало лучшего, и увидеть в его глубине что-либо даже с малой высоты было трудно. Тем не менее дуб-великан удалось обнаружить быстро, через четверть часа, что являлось больше удачей, чем заслугой оператора. Дерево стояло на пологом холме в шести километрах от лагеря землян и по сравнению с другими деревьями превосходило любое из них толщиной ствола, размерами кроны и высотой.
– Ух ты! – восхитился Костя, созерцая изображение дерева на экране. – Странно что я на него не наткнулся.
– Никого не вижу, – сказал Мерадзе, направляя беспилотник вокруг дерева. – Ни мотоцикла, ни командира. Может, они уже назад летят?
– Подними дрон.
Дерево и холм отдалились, уменьшаясь в размерах.
Беспилотник сделал два круга по разворачивающейся спирали, но аэробайка с пассажирами не заметил.
– Возвращай аппарат, – сказал Редошкин, доставая карабин. – Ушки на макушке и погнали!
Мерадзе, дождавшись возвращения аппарата, вытащил своё оружие.
– Возьми мачете, – посоветовал Редошкин.
– Зачем?
– На тебя шмели нападали?
– Ни разу, видел несколько экземпляров, не шмели – звери.
– А на нас нападали. Мачете выручил.
Мерадзе полез за африканским клинком.
– Эй, я а? – жалобно возопил Костя им в спины.
– Жди здесь, – оглянулся Редошкин.
– А если прилетит четырёхкрылый крокодил?
Бойцы переглянулись.
– Здесь полно оружия, – сказал Мерадзе. – Он стрелять умеет?
– Умею! – заявил Костя. – Мы курсом даже в тир ходили.
– Дадим ему карабин Хасика.
– Из карабина от того монстра не отстреляешься. А для стрельбы из ПТРК навык нужен, он ещё плечо себе сломает или шею.
– Дайте «фаустпатрон»! – быстро сказал Костя, у которого засветились глаза.
Мерадзе оглянулся на шалаш с оружием, перевёл глаза на сержанта.
– Он имеет в виду ту дуру с гранатой на конце?
– Инопланетный гранатомёт, стреляет сгустком какого-то силового поля. Очень действенная штука, мы испытывали, а командир с его помощью грохнул сразу трёх боевиков. – Редошкин посмотрел на Костю. – Сможешь выстрелить?
– Чего тут сложного? – ухмыльнулся ботаник. – Навёл, нажал на пускач.
– Возьми один гранатомёт и заляг в шалаше, чтобы тебя не видно было. Только не усни. Мы вернёмся через час-два, а то и раньше.
Костя молча нырнул в арсенальное бунгало.
Спецназовцы выбрались из рощи, сориентировались и припустили бегом «на запад», держа карабины и мачете в руках. Им не впервой было совершать марш-броски с полной боевой выкладкой, и оружие обоим не мешало, тем более что не надо было тащить на себе комбез и жилет-разгрузку, вес которых достигал зачастую двадцати килограммов.
Бежать было не так уж и легко, несмотря на отсутствие бурелома и завалов, трава на открытых пространствах между деревьями иногда доставала до пояса, и всё же темп взяли хороший, и расстояние от лагеря до гигантского дуба десантники преодолели всего за сорок минут.
