Он уже опаздывал, но поехал не в министерство, а к теще. Припарковался за два квартала: не только из-за возможной слежки, но и из-за забитой парковки у дома. На близлежащих улицах парковка была просто запрещена, и жильцы шестиподъездного дома бились за каждый квадратный метр во дворе.
Слежки за собой Вадим не заметил. Наверное, Геля права – у него необоснованные страхи и нужно обратиться к психологу. А еще лучше сразу к психиатру, чтобы не мелочиться. Он пережил стресс, и ему нужно лечиться.
Не выходя из машины, Вадим набрал номер Елизаветы Игоревны. Теща взяла трубку не сразу, и он успел здорово испугаться.
– Разбудил? – от страха в горле пересохло, он закашлялся.
– Нет, Вадик! У нас все хорошо!
Теща всегда его понимала. Говорила женщина бодро и весело, и он неожиданно обрел твердую уверенность: все будет хорошо, он справится.
На работу Вадим опоздал – пробки оказались серьезными. И едва успел отпереть дверь кабинета, как зазвонил внутренний телефон.
– Да! – рявкнул Вадим.
Он уже давно собирался обзавестись определителем номера, чтобы избавить себя от общения с неведомыми собеседниками, когда секретарши нет на месте.
– Я очень беспокоилась, – тихо сказала Катя Базутина.
Вадим помолчал, чувствуя, как от звука ее голоса отступают все тревоги, и второй раз за утро подумал, что все обязательно образуется.
– Все будет хорошо, – сказал Вадим.
Наверное, надо было сказать иначе, но он знал: Катя поняла его правильно.
Сны ему всегда снились дурацкие. Взять, к примеру, сегодняшний. Приснилось, как вчерашняя девчонка из кафе охотилась за Вадькой Корышевым с пистолетом. А он, Никита Алфёров, пытался до бывшего друга докричаться, но все никак не получалось, голос пропал. Во сне Никита за Вадьку переживал.
Тихо стукнула дверь – родители ушли на работу. Когда-то они хорошо относились к Наде, а потом всячески пытались помочь сыну пережить горе. Помочь в этом нельзя, но они старались.
Похоже, сейчас они переживают за Никиту еще больше. Сорок лет, ни жены, ни детей. Есть, правда, Кармелита – он про нее родителям рассказывал, но мексиканка им заочно не понравилась. «Жена должна быть своя, русская», – уверяла Никиту мама. Иностранка никогда не поймет его по-настоящему и никогда не станет настоящей подругой.
Обои в его бывшей детской выцвели. По-хорошему, во всей квартире давно нужно делать ремонт, но у родителей никак не доходили руки. Или просто не было желания. Вот если бы он женился и хотя бы изредка привозил к ним внуков, тогда другое дело.
Никита поднялся со старенького раскладного дивана, кое-как сложил постельное белье и сунул в ящик.
Он привык жить один. Кармелита нечасто у него ночевала. На самом деле, в гостинице ему было бы удобнее, но родители есть родители.
В кухне на плите стояли две кастрюльки. Никита приподнял крышки, заглянул внутрь – мама старалась готовить его любимые блюда, хотя ему давно уже было все равно, что есть.
Завтракал он медленно. Долго пил кофе, а потом достал телефон и позвонил Вадиму Корышеву.
– Привет, – сказал Никита, удивляясь самому себе. – Расскажи, как тебя пытались… убить.
– А тебе зачем? – зло спросил Вадим.
Никита тоже разозлился бы на его месте.
– Расскажи, – попросил Никита. – Я… видел кое-что.
– Не понял!
– Давай я к тебе подъеду. На работу, – быстро предложил Никита.
– Как хочешь! – очевидно, бывшему другу не хотелось больше общаться, но адрес он все-таки продиктовал.
До метро Никита шел, наклонив голову. Мелкий снег в сочетании с пронизывающим ветром приводили горожан в отчаяние. Почему-то сейчас он еще сильнее чувствовал себя чужим в родном городе. Когда он вышел из подземки и направился к министерству, снег сменился холодным противным дождем.
Войдя в тяжелые дубовые двери, он остановился у турникетов и позвонил Корышеву. Ждать пришлось недолго, Вадим появился через пару минут.
– Пойдем! – махнул он рукой на неприметную дверь.
За дверью оказалось кафе – крошечное, уютное, вовсе без посетителей. Корышев попросил кофе, Никита тоже.
Корышев хмурился, видимо, не желая тратить время на представлявшиеся ему бесполезными разговоры. Никита засомневался: зачем вообще он сюда притащился, не проще ли было все сказать по телефону?
– Ты говорил, в тебя стрелял человек из черного внедорожника, – осторожно начал Алфёров.
Корышев промолчал. Только нахмурился еще больше. Никита неожиданно задумался о том, каким он кажется бывшему другу. Тоже, наверное, старым.
– Я видел такой вчера. Выехал следом за тобой со стоянки у кафе. Я только не заметил, кто в машине сидел, – сказал он, решив пока не говорить про девчонку.
И тут хлопнула дверь. Никита обернулся и увидел ее. Вчерашнюю девушку. Она подошла к стойке, о чем-то спросила и тут же вышла. Вадим на девушку внимания не обратил.
– Но номер ты, конечно, не запомнил?
– Не успел, – признался Никита. – Послушай, если тебе нужна помощь…
– Спасибо, – равнодушно поблагодарил Вадим. – Если понадобится, позвоню.
Одним глотком допил кофе, встал из-за стола и направился к двери.
