Когда вдали показался маленький оазис, окружавший источник Дридж, Антилопа страшно поразился: практически все пальмовые деревья оказались спилены. Местечко было покинуто – остались только пеньки да невысокая растительность. В небе над оазисом расстилался призрачный дым. Антилопа поднялся в стременах, внимательно осматривая бивачный костер, сторожевую заставу и палатки. «Ничего... может быть, с другой стороны от источника...» Приближаясь к центру, он заметил, что дым все сгущался; лошадь уже с трудом выбирала место для прохода среди огромного количества раскромсанных пеньков. Следы присутствия человека обнаруживались везде – ямы, выкопанные в песке, глубокие борозды, где стояли повозки в заградительном порядке. В центре лагеря осталась только тлеющая зола.
Ошеломленный Антилопа почувствовал ужасную усталость. Бросив поводья, он позволил лошади, пробирающейся через покинутый лагерь, самостоятельно выбирать дорогу.
Глубокий колодец был вычерпан до дна – за прошедшие несколько минут он наполнился всего лишь на несколько дюймов. Источник представлял собой небольшую грязноватую лужу, окруженную перемешанной с глиной корой и листьями пальмовых деревьев.
Пока наездники-виканы устраивали засаду для титанси, Седьмые с беженцами уже покинули оазис. Историку стоило больших усилий признать этот факт. Он представил себе поспешную сцену отправления, испуганные покрасневшие лица беженцев, детей, битком набитые повозки и встревоженные взгляды ветеранов, прикрывающих их бегство. Колтайн не давал им никакого отдыха, ни одной паузы, чтобы оправиться от шока и прийти к пониманию того, что произошло и происходило. Они просто прибыли, забрали воду и все, что могло быть полезным, а затем скрылись.
«Куда?»
Антилопа направил лошадь вперед. Добравшись до юго-западной окраины оазиса, он увидел следы вытоптанной травы, оставленной копытами быков, лошадей, а также колесами телег. Далее к югу высились порядком поистрепанные ветром холмы Ладор, а к западу простирались бескрайние степи титанси. «И никого в этом направлении до самой реки Секала – слишком далеко и быстро даже для Колтайна. Если они двинулись на северо-восток, то у них на пути будет деревня Манот, а за ней – Карон Тепаси на берегу моря Караса, которое располагалось практически так же далеко, как и река Секала». След вел на запад, в степи. «Дыханье Худа, но там же никого нет».
Складывалось впечатление, что предугадать действия кулака виканов не было никакой возможности. Историк развернул лошадь, подъехал к источнику и быстро спешился, поморщившись от пульсирующей боли в бедрах и крестце. Он не мог сейчас продолжать двигаться дальше, да и лошадь тоже. Им были жизненно необходимы отдых и вода.
Вытащив постельную скатку из-под седла, Антилопа бросил ее на песок, усеянный листьями. Затем он ослабил ремни упряжи, снял инкрустированное седло с лоснящейся потом спины лошади, а затем, схватившись за поводья, отвел ее к воде.
Источник был вынужден пробиваться через толстый пласт камня; именно это объясняло столь медленное наполнение воды. Позволив в первую очередь напиться животному, Антилопа снял шарф и принялся фильтровать воду через материю в небольшую бочку, утоляя жажду и пополняя запасы.
Отвязав от седла продуктовый мешок, он накормил лошадь зерном, обмыл ее с ног до головы, а затем занялся установкой импровизированного лагеря. В течение всего этого времени Антилопу тревожила единственная мысль: сможет ли он теперь вообще когда-либо присоединиться к Колтайну и армии; может быть, тот попал в западню каких-нибудь кошмарных ночных призраков. «В конце концов, вполне возможно, что все они являются демонами». Однако в данный момент Антилопой руководила только усталость.
Он разложил скатку, а для защиты от солнца развесил сверху телабу. В отсутствие деревьев палящее солнце со временем полностью уничтожит этот оазис; для восстановления, если оно вообще будет возможно, потребуется несколько лет. До того момента, пока историка одолел сон, он размышлял о войне, пришедшей на их континент. Единственной ценностью в городах теперь стала вода. Армии стремились завоевать максимальное количество оазисов, которые были так же важны, как, например, острова в бескрайнем море. Теперь Колтайн всегда будет находиться в проигрышной ситуации: его цель ясна как день, к каждому появлению противники готовятся заранее... «при условии, что Камист Рело захватит источники первым. Но тому это сделать гораздо проще – в Армии Апокалипсиса нет нескольких тысяч беженцев, которых необходимо постоянно сопровождать». Наверное, впервые у Колтайна сложилась ситуация, когда обстоятельства оказались выше его.
Вопрос, который мучил историка до того, как он провалился в сон, пришел к безрадостному разрешению: все зависит от того, как долго Колтайн будет способен оттягивать неизбежный финал.
Антилопа проснулся на закате, а через двадцать минут он был уже в пути: одинокая фигура в сопровождении огромного количества ночных бабочек, которые летели над головой таким плотным ковром, что закрывали собой все звездное небо.
