– Мы знаем, – произнес Скрипач. – Этот факт стал понятен уже достаточно давно. Но вопрос заключается в том, что скажет по данному поводу сама Апсала, не так ли?
Маппо обернулся на сапера в крайнем удивлении, а тот подумал: «Похоже, на настоящий момент до этой простой мысли удалось додуматься только мне».
– Когда-то давным-давно меня уже использовал один всевышний, – произнесла Апсала, – и я ни за что не соглашусь по собственной воле на подобное испытание повторно.
– А тебя никто и не собирается использовать, – прошипел Искарал Пуст, начиная странный танец вокруг. – Ты будешь управлять, главенствовать! Навязывать свою волю! Устанавливать сроки! Любая вспышка раздражения, любая твоя причуда не останется без внимания; ты станешь жить, как избалованный ребенок, и это будет вызывать у окружающих еще большее поклонение, – странный старик резко наклонился вниз, помедлил, а затем прошептал: – Подобные перспективы весьма соблазнительны. Наконец-то ты сможешь стать самой собой: словно по мановению волшебной палочки, с тебя упадут все оковы приличия и привычек общества, с которыми не может не считаться большинство живых людей. Посмотрите же ей в глаза – она уже начинает колебаться!
– Неправда, – холодно произнесла Апсала.
– Да нет, именно так! Эта девушка внимает каждой моей мысли – как будто все они хором начали звучать в воздухе. Несомненно, что тень Веревки все же осталась внутри ее души. Эту связь невозможно прервать! Боги, я просто великолепен!
Фыркнув от омерзения, девушка широкими шагами вышла из комнаты.
Искарал Пуст стремительно бросился за ней.
Как только юноша Дару попытался догнать их, Скрипач перехватил его за ворот рубашки.
– Она сумеет позаботиться о себе, Крокус, – произнес сапер. – Это ведь должно быть очевидно, даже для тебя.
– В сложившейся ситуации кроется гораздо больше тайн и загадок, чем вы способны себе представить, – произнес Маппо, хмуро поглядывая вслед удаляющемуся верховному священнику.
Внезапно в холле послышались голоса, и через некоторое время на пороге комнаты появился Икариум в тяжелом походном плаще с капюшоном. Его темная кожа с зеленоватым отливом была покрыта толстым слоем пустынной пыли. Заметив вопросительный взгляд Маппо, Ягут пожал плечами.
– Он покинул храм, и мне удалось проследовать за ним до самого края шторма.
– О ком ты сейчас говоришь? – удивленно спросил Скрипач.
– Да о слуге, – ответил Маппо. Было заметно, что это известие ничуть не обрадовало Трелла. Обернувшись на Крокуса, он добавил: – Мы полагаем, что он является отцом Апсалы.
Глаза юноши расширились.
– А у него всего одна рука?
– Нет, – ответил Икариум. – Но несмотря на это, слуга Искарала Пуста – рыбак. В самом деле, его баркас можно обнаружить на самом нижнем этаже этой башни. Кроме того, он говорит на малазанском языке...
– Отец Апсалы потерял руку при осаде Ли Хенга, – произнес Крокус, отрицательно покачивая головой. – Он входил в состав повстанцев, которые удерживали стены, и рука этого человека просто сгорела, когда Армия империи захватила город.
– Однако когда в течение мирских событий вмешиваются боги... – произнес Маппо, а затем пожал плечами. – Одна из его рук выглядит... молодой... моложе, чем другая, Крокус. Как только мы принесли вас сюда, слуга просто пропал из глаз: Пуст скрывал его от вас. Почему?
– Ане был ли Повелитель Тени тем человеком, который организовал похищение девушки Котильоном? Когда Веревка забрал Апсалу к себе. Повелитель Тени мог беспрепятственно поработить и покровителя убийц. Пытаясь выяснить мотивы этих поступков, мы, скорее всего, ничего не добьемся: в первую очередь, здесь виновата пресловутая скрытность Повелителя Королевства Тени. Тем не менее, по моему мнению, в подобном развитии ситуации имеется некоторая логика.
Крокус резко побледнел. Его отсутствующий взгляд бродил где-то за пределами пустого дверного проема.
– Это часть единого замысла, – пробормотал юноша. Скрипач наконец-то понял тайный смысл слов Крокуса.
Обернувшись к Икариуму, он произнес:
– Ты сказал, что след слуги шел по направлению к Вихрю. А существует какое-то особенное место, где было предсказано возрождение Ша'ики?
– Верховный священник сказал, что ее тело никто не трогал с тех пор, как оно упало под ударом Красных Мечей.
– И теперь оно находится внутри шторма? Ягут кивнул.
– Да ведь он прямо сейчас занимается тем, что подговаривает ее, – зашипел Крокус, и его руки, побелев, судорожно сомкнулись в кулаки. – «Возродись – и это позволит тебе вновь быть рядом с отцом».
– «Жизнь отданная – за жизнь принятую», – пробормотал Маппо. Трелл взглянул на сапера. – Ты чувствуешь в себе достаточно силы, чтобы начать преследование?
Скрипач кивнул.
– Я могу ехать верхом, идти пешком и даже ползти по земле, если того потребуют обстоятельства.
– В таком случае я начну готовиться к нашему отправлению.
