Китти повернулась и бросилась бежать. Двустворчатые двери в конце зала были открыты настежь. Её ноги беззвучно ступали по толстым, пушистым коврам. Со связанными руками бежать было неудобно, но не прошло и нескольких секунд, как она выскочила за дверь и помчалась по коридору с каменными стенами, увешанными картинами и стеклянными шкафчиками с золотыми безделушками… Она устремилась направо – там коридор заканчивался открытой дверью. Китти влетела в неё, остановилась и выругалась. Пустая комната, по всей вероятности кабинет чиновника: стол, книжный шкаф, пентакль на полу. Тупик.
Ахнув от разочарования, девушка развернулась и бросилась туда, откуда прибежала: по коридору, мимо двустворчатых дверей, за угол…
И с разбегу налетела на что-то твёрдое и массивное. Китти отбросило в сторону, она машинально попыталась смягчить падение, выставив руку, но руки у неё были связаны, и ей это не удалось – девушка тяжело рухнула на каменный пол.
Китти подняла глаза – и у неё перехватило дыхание. Над ней возвышался человек, тёмный силуэт на фоне потолочных светильников. Высокий, бородатый, одетый в чёрное. Ярко-голубые глаза пристально разглядывали девушку, чёрные брови хмурились.
– Пожалуйста! – выдохнула Китти. – Пожалуйста, помогите!
Бородатый человек усмехнулся и протянул к ней руку в перчатке.
А в зале Статуй мистер Хопкинс опустился обратно на пол. Лица заговорщиков были полны изумления. Двое мужчин оттаскивали ковры с середины зала. Когда Китти снова появилась в зале, полу задушенная, висящая на собственном воротнике, за который её волок бородатый, волшебники остановились и уронили ковры. Все присутствующие один за другим обернулись и уставились на неё.
Из-за спины Китти раздался низкий голос:
– Что делать с этой девчонкой? Я поймал её, когда она искала выход на улицу.
Рыжеволосый покачал головой:
– Вот зараза! Я даже не заметил, как она исчезла.
Мистер Мейкпис выступил вперёд, капризно насупившись.
– Госпожа Джонс, мы не можем тратить время на подобные выходки!..
Он осклабился, пожал плечами и отвернулся.
– Поначалу её присутствие меня забавляло, но, откровенно говоря, она меня больше не интересует. Можете её убить.
Натаниэль увидел, как наёмник швырнул Китти на ковёр, как откинул плащ и достал из-за пояса длинный кинжал, кривой, как сабля. Он увидел, как наёмник протянул руку, схватил девушку за волосы, задрал ей голову, чтобы открыть горло…
– Стойте! – Натаниэль выступил вперёд, говоря настолько властно, насколько мог. – Не трогайте её! Она нужна мне живой.
Руки наёмника остановились. Он взглянул на Натаниэля немигающими голубыми глазами. А потом медленно и размеренно продолжил оттягивать голову Китти назад, одновременно занося кинжал.
Натаниэль выругался.
– Стойте, я сказал!
Заговорщики наблюдали за происходящим не без злорадного любопытства. Бледное, сырое лицо Руфуса Лайма скривилось.
– Мэндрейк, вы сейчас не в том положении, чтобы строить из себя большого начальника.
– Напротив, Руфус. Квентин приглашал меня присоединиться к вашему обществу. И я, после убедительной демонстрации мистера Хопкинса, с радостью принимаю это предложение. Результаты действительно весьма впечатляющие. А это означает, что отныне я один из вас.
Квентин Мейкпис деловито расстёгивал свой изумрудный сюртук. Он прищурился, прикидывая все «за» и «против», взглянул на Натаниэля искоса.
– Так вы всё-таки решили принять участие в нашем скромном замысле?
Натаниэль встретил его взгляд со всем спокойствием, какое смог собрать.
– Именно так, – сказал он. – Ваш план действительно великолепен, в нём чувствуется рука гения. Я от души жалею, что так невнимательно отнёсся к вам в тот день, когда вы продемонстрировали мне подопытного простолюдина. Однако теперь я намерен искупить свою вину. А пока что эта девушка, строго говоря, по-прежнему остаётся моей пленницей, Квентин. Я… у меня есть свои планы относительно неё. И пусть никто, кроме меня, её не трогает.
Мейкпис потёр подбородок. Он не ответил. Наёмник поудобнее перехватил кинжал. Китти невидящим взглядом смотрела в пол. Натаниэль отчётливо ощущал, как колотится сердце у него в груди.
– Что ж, хорошо! – внезапно кивнул Мейкпис. – Девушка ваша. Отпустите её, Веррок. Хорошо сказано, Джон. Вы подтвердили моё доброе мнение о вас. Но берегитесь: говорить легко, но слова требуется подкреплять действием! Сейчас мы вас освободим, и вы на наших глазах вступите в союз с демоном по вашему выбору. Но сперва я подготовлюсь к тому, чтобы вызвать демона самому! Бёрк! Уизерс! Уберите эти ковры! Освободите мне пентакли!
Он повернулся и принялся отдавать новые приказы. Наёмник с каменным лицом разжал руку и выпустил волосы Китти. Натаниэль, сознавая, что за ним следит не одна пара враждебных глаз – в частности, Дженкинс и Лайм наблюдали за ним, не скрывая своих подозрений, – не стал подходить к ней. Девушка как стояла на коленях, так и осела на пол, безвольно уронив голову, с лицом, скрытым под волосами. Это зрелище терзало ему душу.
