– Поосторожнее, Лиззи! – крикнул он ей. – Моё терпение небезгранично!
Китти остановилась напротив дивана. Её лоб пересекала угрюмейшая складка.
– Я вас не устраиваю, мистер Баттон?
– Разумеется, не устраиваешь! Весь день ты сама не своя, носишься по дому, как бешеный слон, с лицом, перекошенным, точно у африта! Я к тебе обращаюсь – ты хамишь в ответ, разговариваешь непочтительно. Меня просто шокирует такая наглость и вульгарность! И чай ты заварила безвкусный, точно комариная моча. Так продолжаться не может. Что с тобой, девочка?
– Ничего.
– Ну вот, снова ты дуешься! Я тебя предупреждаю: если будешь себя так вести, вылетишь отсюда в два счёта.
– Да, сэр.
Китти вздохнула. В конце концов, мистер Баттон не виноват, что Бартимеус её подвёл.
– Извините, сэр. Я… просто у меня неприятности.
– Неприятности? – Гневные морщинки на лице старика несколько разгладились. – Дорогая моя, что же ты сразу не сказала! Расскажи, в чём дело. Быть может, я сумею помочь. – В его глазах мелькнула тревога. – Надеюсь, дело не в деньгах?
– Нет, сэр. Это не имеет никакого отношения к деньгам.
Китти поколебалась. Разумеется, она не могла рассказать ему правду: что сегодня ночью все, ради чего она ему помогала, пошло насмарку. Теперь, почти три года спустя, мистер Баттон во всём полагался на неё. Он обходился с ней без особого почтения, но Китти знала, что он её очень ценит. Однако он всё-таки оставался волшебником.
– Это из-за моей второй работы, сэр, – сказала она. – Вы ведь знаете, я работаю в трактире. Так вот, два дня тому назад на нас напал демон. И один из моих сотрудников погиб.
– Демон? – нахмурился мистер Баттон. – Из-за чего?
– Обычная история, сэр – всё недовольных ищут, людей, готовых восстать против наших вождей.
Она взяла со стоявшей перед ним тарелки пряный кекс и рассеянно откусила кусочек.
– Лиззи, ты же должна понимать, что любое правительство имеет право защищать себя. Я даже не знаю, стоит ли тебе бывать в этом трактире, раз это такой рассадник подрывной деятельности.
– Да нет там никакого рассадника, сэр! В этом-то все и дело. Простолюдины ничего не делают – так, болтают между собой о войне, о полиции, об ограничениях своей свободы. Это просто разговоры. Люди не в состоянии ничего предпринять, вы же знаете.
– Хм… – Мистер Баттон посмотрел в запылённое окно на хмурое октябрьское небо. – Нет, я, конечно, понимаю, что простолюдины недовольны. Эта война слишком затянулась. Боюсь, мистер Деверокс ведёт себя не совсем так, как следовало бы. Но что же мы можем поделать? Даже я, волшебник, и то ничего не могу! Вся власть сосредоточена в руках Совета, Лиззи. А мы, остальные, можем только смотреть и надеяться на лучшие времена. Да, если погиб один из твоих друзей, тогда понятно, что ты в дурном настроении. Мне очень жаль. Хочешь ещё кекса?
– Вы очень добры. Спасибо, сэр.
Китти села на диван и взяла себе ещё кекса.
– Возможно, тебе стоит взять сегодня выходной, Лиззи, – сказал мистер Баттон. – Я всё равно буду работать над своим списком демонов, мне будет не до тебя. И как же их много! Просто удивительно, как они все умещаются в Ином Месте.
Рот у Китти был набит крошками от кекса. Она поспешно проглотила их.
– Простите, сэр, но что же это всё-таки такое, Иное Место? В смысле, как оно выглядит?
Старик хмыкнул.
– Там царит хаос, водоворот бесконечных мерзостей. Дюлак, насколько я помню, назвал его «выгребной ямой безумия». Мы даже и представить себе не можем, сколь оно жутко и омерзительно! – Он содрогнулся. – Да, это надо заесть ещё одной булочкой!
– Так всё-таки волшебники там бывали? – спросила Китти. – В смысле, должны же они были его увидеть, чтобы узнать, как оно выглядит!
– А, ты про это!.. – Мистер Баттон пожал плечами. – Не то чтобы бывали. В большинстве случаев авторитеты ссылаются на сведения, полученные от надёжных рабов. Соваться туда самому – совсем другое дело. Это означает рисковать одновременно и телом и душой.
– Значит, никто этого не делал?
– Ну, кое-кто пробовал. Например, Фичино, наставник Дюлака. Он надеялся обрести могущество демона. А вместо этого потерял рассудок – в прямом смысле слова: его разум исчез и не вернулся. А что касается его тела… Нет-нет. Эти подробности чересчур омерзительны.
– Пожалуйста, расскажите, сэр!
– Ну уж нет! Были и другие, но все они обезумели, а то и похуже. Единственный волшебник, который утверждал, будто добился успеха, был Птолемеус. Он описал подробности в своих «Апокрифах», но ценность этих заметок сомнительна. В самом деле, он утверждает, будто успеха можно добиться лишь при помощи расположенного к тебе демона. Будто бы именно его имя и позволяет открыть Врата.
Он фыркнул.
– Очевидно, все это смехотворная чушь: ну кто же всерьёз доверит демону свою собственную жизнь? И, судя по всему, Птолемеус сам пострадал от последствий собственного эксперимента. Если верить большинству источников, прожил он после этого недолго.
