– Не червяк… – повторил предводитель, стараясь не заплакать от унижения. Местные – воспринимали унижение очень остро. В отличие от британцев, которые, если их сшибли с ног, вставали и думали, как победить в следующей схватке.
– Не червяк – повторил Роберт, вставая
Когда он уходил – местные угрюмо смотрели ему в спину, но никто не посмел кинуть камень или кусок высохшей грязи.
Потом – была Центральная летная школа в Апавоне, приличная карьера в истребительном эскадроне. И нелепая и страшная катастрофа при посадке – он испытывал первый британский реактивный истребитель, еще очень несовершенный – и на собственных костях познал, что посадка поршневого и реактивного истребителя – совершенно разные вещи. Тогда – они много не знали, шли наугад. Думали, например, что перейти звуковой барьер невозможно, так как самолет развалится в воздухе от флаттера. Хотя находились смельчаки и на это…
Чего – чего, а смельчаков в авиации предостаточно, равно как аристократов. Небо трусов не любит…
Законченная карьера в авиации – знаменовала собой старт новой. Почти сразу после выхода из госпиталя, он сидел в Старом ковре[74] и думал, что делать дальше – как к нему подсел некий мистер Баскомб из Министерства иностранных дел. МИД Великобритании – давно был крышей для всяческого рода разведывательных структур. В отличие от континентальных держав – в Британской империи официально не было разведслужбы вообще. Хотя она была, даже знали их шифры. MI – military intelligence, хотя службы были гражданские. Номер пять – контрразведка. Номер шесть – разведка. Номер девять – по делам колоний, предотвращение мятежей и враждебного проникновения…
Крайнее его назначение – было на Багамы. Местная станция, на вид довольно примитивная – там не было достаточно серьезной работы, народ там был вообще несерьезным. Как он потом узнал неофициально, не последним аргументов в пользу его назначения начальником станции на Багамах – стало то соображение, что в тропическом тепле хорошо сломанным костям и суставам. Короче говоря – его списывали из разведки, как до этого списали из авиации. Тем не менее – ему удалось раскрыть очень серьезный заговор, правда о котором будет погребена в архивах лет, наверное, на сто. Теперь – он возвращался в Англию за новым назначением…
Времена тогда были простые – и сам Хитроу представлял собой совсем не то, во что он превратился в дальнейшем. Узкие бетонные полоски, перемежающиеся зелеными, аккуратно подстриженными газонами. Невысокий, тогда еще одноэтажный деревянный терминал для встречающих – провожающих. Кашляющий изношенным мотором маленький тягач с прицепом для почты, более похожим на крестьянскую телегу для сена. И антрацитно-черный Остин Принцесса, который закупали для британских правительственных гаражей вместо бесстыдно-дорогого Роллс-Ройса – кузов, похожий на заказной и мотор образца германского изобретателя Дизеля, который питался соляркой, оптом закупаемой для нужд Флота Его Величества.
Это, кстати, за ним…
Молчаливый водитель без таблички в руках – открыл перед ним дверь, и он нырнул в черноту салона. Несмотря на солнечный день – заказные кузова делали так, чтобы пассажирам был обеспечен уютный полумрак. Типично британская машина – фактически передвижной диван…
Машина тронулась…
– Заказная… – сразу определил Брюс, как и любой авиатор неравнодушный к технике
– Так точно… – отозвался его шеф, коммандер Королевского флота Николас Баскомб четвертый, неприметный и радушный коротышка, который если подсаживался за совершенно незнакомый столик в клубе – через десять минут начинало казаться, что ему тут самое место. Его нельзя было недооценивать и нельзя было доверять. В министерстве иностранных дел – он занимал незначащую и мало кому чего говорящую должность "поверенного в делах"…
… четыре и ноль, заказной, ручной сборки – сказал Баскомб – я еще не сошел с ума, чтобы ездить на этом омерзительном тракторе…
Баскомб – как и многие другие в министерстве – происходил из влиятельного рода, не дворянского, но купеческого. Жалование ему, конечно, какое то было положено – но его можно было и не платить. Такие люди – играют в игру ради самой игры, и зарабатывают на информации, какую имеют. Конечно, не продавая ее врагу – а просто реализуя коммерческие возможности, которые подворачиваются. Сами – или с чьим-то партнерством…
Машина – вышла на шоссе, трясти сразу стало меньше. Справа – виднелись какие-то краны, шло строительство…
Баскомб включил переговорник.
– Сначала Уайтхолл, Барни. Потом клуб.
– Да, сэр…
В Уайтхолле – квартировало Министерство иностранных дел. Это был бывший королевский дворец…
– Вот так-так, а Роберт… – сказал Николас Баскомб, отпустив клавишу переговорника – не ожидали, не ожидали. Кто бы мог подумать…
– В тихом омуте черти водятся
– Проклятые коммунисты. И после этого – люди голосуют за лейбористов. Как жаль, что нельзя раскрыть им глаза.
Типично британский намек держать язык за зубами.
– Почему так мало машин?
