За костром – гутарили разное. Гутарили про Сулеймана – кто-то говорил, что он не существует, и местные просто придумали его, кто-то – что он и вовсе из казаков, переметнувшихся на ту сторону и принявших магометанскую веру. Кто-то говорил, что он из бывших работников, каких здесь вербовали на прииски, и там, на приисках, нахватавшийся всякой дряни от бывших политических ссыльных. От этого разговора – за столом едва не свершилась драка, быстро впрочем, пресеченная. Не дело драться за столом, не дело драться над куском хлеба. Гутарили, что в горах шастают какие-то… непонятно какие, и вот они то – нашли Сулеймана, и потому сегодня весь день действовали самолеты с авианосца, гвоздили горы. Гутарили, что местные вот – вот начнут большое восстание, и тогда помогай Господь. Гутарили и о том, что большинство местных князей – тайком нарушают все заповеди магометанской веры, какие только есть и не прочь бы перейти на нашу сторону – если бы не боялись смерти от кинжалов фанатичных убийц. Гутарили о том, что не дело привечать тех людей, которые хотят под рукой русских распутствовать, да беспредельничать. Говорили о тех, кто умер, и о тех, кто еще жив, о том, сколько стоит мера пшеницы на Шук Абдалла и в Нисабе, о том, что местные рады даже сломанной деревяшке от борта машины – у них тут не растет настоящих деревьев. Говорили о купцах – кто честный, а кто нет, кто разбогател, а кто вот – вот разорится. И при том – и местных, и русских купцов, тех кто осмеливался здесь торговать – валили в одну кучу, не разбирая: такая уж русская привычка, кто хоть немного говорит по-русски, того подсознательно считали своим. Говорили об оружии – о том, что в Адене вздорожали патроны и это неспроста, о том, что в горах автоматическая винтовка Дегтярева лучше, чем новомодный автомат Симонова, потому что валит дальше и патроны к ней найти проще. О том, что появилась какая-то новая дрянь, ее называют не автожиры как раньше а… вертолеты, во. Это оттого что у них винт не спереди, а сверху – он вращается и вертолет летит. Кое-кто даже видел эти вертолеты, причем гутарили совсем чудное – что у них не один винт, а три. И как он спрашивается, полетит с такими то винтами, по три штуки которых. Опять чуть не подрались – на сей раз из-за вертолетов. Кто-то говорил, что машина совсем негодная, еле летает. Кто говорил, что поставь на нее пулемет – и можно подлететь и расстрелять врага на горном склоне, там, куда и артиллерия не достанет. В общем – разговор был типично русский, конкретный – это англичане треплются за костром о чем попало, а местные – о семье, о детях, а сами примеряются в голове, как ловчее другого прирезать. Поговорили, потом пошли кто в кабины, кто в палатку – спать. Палатки здесь – дело небезопасное, по ночам, когда становится попрохладнее – выползают всякие твари, особенно опасны змеи – их привлекает человеческое тепло. Поэтому – прежде чем ложиться, надо вокруг палатки расстелить толстую, взлохмаченную веревку – канат. Змея через нее не полезет – брюху неприятно…
Легли спать, выставив усиленные посты. День прожили -и слава Богу. Ночью, в темноте что-то грохнуло – но многие даже не проснулись…
Дубай…
