– Часа два, – спокойно отвечаю, пропускаю транспорт, движущийся по проспекту, после чего вливаюсь в поток, увеличивая скорость. – Решила меня на время покинуть? – усмехаюсь, боковым зрением наблюдая, как девушка вспыхивает и поворачивается лицом ко мне.
– Не дождешься! – ехидно дерзит в ответ, чем вызывает улыбку на моем лице.
Как же, избавишься теперь от нее! Сам ярмо повесил на шею, теперь приходится терпеть. Но я все равно продолжаю ее провоцировать своими комментариями, так как не могу сдержаться, чтобы не поязвить в ответ.
– Вот высажу тебя на ближайшей остановке, – хорошее настроение зашкаливает, и улыбка не сходит с лица. А Ника наоборот начинает злиться, смешно раздувая ноздри.
– Слушай, Чемпион, – фыркает в ответ, перебивая и не давая возможности закончить свою речь. А я еще сильнее расплываюсь в улыбке. – Будешь много умничать, тресну тебя чем-нибудь тяжелым.
– То есть мне уже начинать дрожать от страха? – не унимаюсь, продолжая выводить девушку из себя.
А что, это идея! Вместо того, чтобы отмалчиваться, лучше провоцировать ее почаще. Тогда она нервничает, смешно фыркает и замолкает. Прямо как сейчас. Откидывается на спинку, складывает руки на груди и тяжело вздыхает.
Вот так-то, моя крошка. Не такой уж я пай-мальчик, как ты обо мне думаешь. И я тоже умею зубки показать, поумничать в ответ, загнав тебя в тупик своими замечаниями и ехидными комментариями.
Вину искупил? Искупил. Значит, совесть моя чиста. И я поставлю тебя на место, чего бы мне это не стоило.
– Приехали, – я первым прерываю молчание, паркуюсь на стоянке спорткомплекса и глушу двигатель. – Значит так, красавица. Сидишь в зале, как мышь, чтобы ни одного ехидного слова я от тебя не слышал.
– А то по попе надаешь? – ее злость пропадает мгновенно, и она снова смотрит на меня в упор, не пытаясь отвести глаз.
– Иначе поедешь на свою дачу, – стараюсь придать своему голосу строгости, но Ника все равно смеется. – И я не шучу.
– Это удар ниже пояса, – хоть и говорит она спокойно, но в глазах пляшут черти. Надо же, какая строптивая и непредсказуемая барышня мен попалась. – Ладно, уговорил – буду вести себя тише воды, ниже травы. Молчать, как партизан на допросе. Да расслабься ты, – легонько толкает меня в плечо и усмехается. – Я умничаю только наедине с тобой. На людях я – ангел!
И закатывает глаза, всем своим видом демонстрируя покорность и повиновение.
Хоть и верится с трудом в то, что она будет вести себя культурно, выбора все равно нет. Сам притащил сюда девушку, сам теперь и расхлебываю последствия. Точнее, пока только предполагаю их внезапное появление.
Тяжело вздыхаю, первым выхожу из машины, после чего помогаю Нике. Она в ответ благодарит и легонько кивает головой. Ставлю автомобиль на сигнализацию, и мы направляемся к центральному входу.
Надо еще свою Вредину успеть провести на трибуну для болельщиков, а затем самому бежать на другой конец комплекса в раздевалку. Может, бросить ее посреди холла – пусть сама ищет нужный вход? Но совесть дает о себе знать, и я двигаюсь к закрытым дверям, по дороге прося у дежурного ключ.
На поле уже начинают собираться мои друзья, и, конечно же, все обращают внимание, как я завожу Нику. Останавливаются, крича слова приветствия, и внимательно за нами наблюдают. Только насмешек и подколок мне сейчас не хватает!
– Сиди здесь и никуда не уходи, – произношу негромко, чтобы слышала только девушка. – Как закончится тренировка, жди меня в холле.
Не даю ей возможности что-то возразить в ответ и покидаю нижнюю трибуну. А уже в коридоре развиваю скорость, чтобы не опоздать до появления тренера и начала тренировки.
Сегодня я ставлю все мыслимые и немыслимые рекорды по бегу, переодеванию и появлению на площадке. Слава Богу, захожу в зал на несколько секунд раньше тренера – иначе попал бы под раздачу за опоздание.
Стандартная разминка – бег по кругу рядом с Русланом Яцуном – моим другом и бывшим коллегой по клубной команде, растяжка мышц и, конечно же, удары по мячу.
– Кто такая? – спрашивает Руслан, когда мы стоим в очереди, чтобы размяться в нападении.
– Знакомая, – бурчу в ответ, так как мне почему-то не нравится столь пристальное внимание к Нике.
Не могу объяснить, что происходит, но косые взгляды в сторону девушки начинают напрягать. Причем очень сильно.
– Только знакомая? – в голосе моего друга слышится удивление.
– Исключительно, – фыркаю, не желая ничего объяснять.
– Леха, где откопал такую малышку? – рядом со мной останавливается Дима Петров.
Он мне в принципе не нравится своим постоянным выпендрежем, а сейчас так и подавно. Челюсть ему сломать, что ли? Чтобы не улыбался и не косился в сторону моей Вредины. Почему-то подобная формулировка не вызывает негатива, а вот ехидные смешки моего временного коллеги по команде наоборот заставляют раздражение проснуться и больше не исчезать.
Не успеваю придумать ничего язвительного в ответ, так как подходит моя очередь нападать. И тренер, словно специально, как будто почувствовал мою напряженность и недовольство, командует:
