Она стоит, насупившись, и стреляет в меня темными от злости глазами. В джинсах и джинсовой рубашке с этим кожаным рюкзачком на одном плече и угрожающе сложенными на груди руками. Всем взглядом говоря: не смей ко мне подходить, индюк.
Три ха-ха, дорогая.
— Вредина, — улыбаюсь самой обезоруживающей в своем арсенале улыбкой и обнимаю за плечи, дурея от сногсшибательного аромата ее волос. — Скучала?
— Индюк! — что и требовалось доказать! Смотрит на меня снизу вверх, дуя губы, эльф, что почти на две головы ниже меня и, ткнув острым локотком по ребрам, скидывает руку со своих худеньких плеч.
— Да ладно, Летт, — деланно обижаюсь, разводя руками, — два года меня не видела и даже не скажешь привет?
— Привет, — подозрительно щурятся большие, чарующие глаза за веером охрененно густых ресниц. Черт, любая моя ночная пассия позавидовала бы таким глазам.
— Я соскучился.
— Ха, так я и поверила, Стельмах, — Летта резко разворачивается и припускает вон по коридору, но ноги у меня длинные, и шагать быстро я тоже умею.
— Да нет, это ты должна была сказать, мелкая, — обгоняю девчонку и, шагая вперед спиной, щелкаю по аккуратному носику и подмигиваю. — Как дела? Как первый день?
— А сам не догадываешься, “как”? — она явно на меня зла. Да, собственно, всегда зла. Это уже ее любимая тактика поведения в моем обществе. — И я не мелкая, — бьет меня ладошкой по руке. — И лучше скажи, какого черта ты вылез из своего Питера, Сим?
— Возможно, соскучился по тебе, нет? Не рассматривала такой вариант? — полуправда, полуложь — идеально.
— Ты не умеешь скучать, — ухмыляется девчонка, как мне кажется, обиженно, и притормаживает около одной из аудиторий. — Да и в таком случае мог бы позвонить, двадцать первый век, умник.
— Я был занят.
— Все два года?
— Типа того, — пожимаю плечами, бросая взгляд на табличку. — Юрченко М.В? История искусств? — удивленно вскидываю бровь и смотрю на девушку, провожающую взглядом студентов, которые косятся на меня. Да уж, вот почему она так взбеленилась. Наша маленькая Летта не любит быть в центре всеобщего внимания, а я, практически, оно и есть. — Художка, что ли?
— Что тебя так удивляет?
— Ты умеешь рисовать?
— Ну, уж явно лучше, чем ты. За те рисунки в школе, что ты мне рисовал на ИЗО, стыдно до сих пор! — дергает за ручку двери Летта и улыбается. — У тебя сегодня зачет по физподготовке?
— Кажется, — удивлен такому перескоку с темы на тему, — а что? Уже успела заглянуть в мое расписание, вредина?
— Не льсти себе. Знакомый учится на одном с тобой потоке. Так что… — дергает ручку двери девчонка. — Я опаздываю.
— Хорошего дня, мелкая.
— Чтобы ты провалил зачет, Стельмах, — желают мне от души в ответ в сопровождении высунутого языка.
— И я рад тебя видеть, заноза, — бросаю вдогонку и слышу ее тихий смех за закрывшейся дверью.
Нет, определенно не изменилась. Все такая же упрямая и вредная до звезд в глазах.
Первый в моей жизни день в универе, первые в моей жизни пары и первая встреча с будущими одногруппниками на долгие четыре года прошли как нельзя лучше. Даже несмотря на вторжение свалившегося на голову как снег в июле Стельмаха, настроение сегодня просто отпад.
Группа оказалась небольшой, всего пятнадцать человек, и почти все девушки.
“Цветник”, как назвал нас Юрченко Марк Анатольевич — наш искусствовед и куратор по совместительству. Забавный седовласый мужичок примерно папиного возраста с постоянно шныряющими по классу глазами и не сходящей с губ улыбкой.
Лишний раз убеждаюсь, какой я сделала правильный выбор, поступив именно в этот университет. Ну и что, что нагловатый котяра Сим гуляет где-то поблизости, очаровывая старшекурсниц своей сногсшибательной улыбкой. Переживу. В конце концов, пока я была мелкая, нам же удавалось как-то не убить друг друга? И тут уверена, первая “эйфория” от встречи пройдет, и парень забудет про меня, отмахнувшись, как от мелкой надоедливой мухи.
Мелкая.
Даже мысленно это прозвище раздражает жутко. А прицепилось оно ко мне, потому что на наши две семьи, Стельмахов и Гаевских, я действительно самая младшенькая из детей. И как я не умоляла мамулю с папулей заделать еще ребеночка, чтобы это почетное звание перешло к нему, но… на меня косо посмотрели и, странно улыбнувшись, сказали:
— Нет, принцесса.
Вот с тех пор я “гордо” и ношу это “почетное” звание.
Но если отбросить лирику и взять под контроль свой мозг и свое сердце, то сегодня прошло все более чем отлично!
Пары пролетают просто с космической скоростью и, не считая пары перемен, на которых мы с девчонками просиживаем штаны в коридоре на подоконниках и пытаемся узнать друг друга поближе, все остальное время впитываем, как губки, новые знания и пытаемся уже с первого дня “въехать” в учебный процесс.
С Симом я так больше и не пересеклась в широких коридорах, и на том спасибо.
