– У меня очень серьёзный разговор, – начала она, повернувшись к Рите с Уильямом. – Дело касается Элизабет. Мы поверили ей, а она оказалась наглой врушкой – потратила в деревне десять фунтов вместо того, чтобы сдать деньги в общий котёл. На все мои вопросы отвечать отказалась.
Все удивлённо уставились на Элизабет.
– Десять фунтов?! – воскликнула Рита. – Как можно было растранжирить такую сумму за один день? Элизабет, это правда?
– Да, – хмуро ответила та.
– Ничего себе! – возмутилась Айлин. – Ты получила свои два фунта плюс ещё на пластинку, зная, что у тебя полный кошелёк денег?
По залу пронёсся гул возмущения. Элизабет сидела красная как рак.
– Тихо! – Рита стукнула по подставке судейским молоточком. Все сразу замолчали. – Элизабет, встань. Объясни, пожалуйста, на что ты потратила десять фунтов. Тогда мы по крайней мере сможем понять, насколько разумно ты поступила.
– Я не могу этого сказать. – Элизабет умоляюще посмотрела на Риту: – Пожалуйста, не спрашивай. Это чужой секрет. И, если честно, я просто забыла сдать эти деньги, потому что они пришли после собрания. Правда. Я не вру.
– Как ты думаешь – мы дали бы своё одобрение на те покупки, которые ты совершила? – поинтересовалась Рита.
– Не знаю, – расстроенно проговорила Элизабет. – Я уже и сама обо всём жалею.
Рита с сочувствием посмотрела на Элизабет.
– Ну хорошо, – сказала она, – ты утверждаешь, что неправильно потратила эти деньги. Но ведь если бы ты посоветовалась с нами, то смогла бы избежать ошибки. Теперь ты понимаешь, для чего существует общий котёл?
– Ещё бы, – произнесла Элизабет, немного успокоившись. Хорошо, что хоть Рита разговаривает с ней по-человечески.
Рита склонилась к Уильяму, о чём-то с ним советуясь.
– Значит, так, – сказала она наконец. – Мы хотим поступить с тобой по справедливости. Но и ты должна нам доверять. Скажи, на что ты потратила деньги. Если мы посчитаем, что это было разумно, вопрос будет исчерпан. Но впредь не забывай соблюдать правила.
– Да, я понимаю. – Элизабет уже чуть не плакала. – Но я не могу сказать вам правду. Да, я потратила деньги неразумно, но это касается другого человека, поэтому я обязана молчать.
– Кто этот другой человек? – поинтересовалась Рита.
– Не скажу. Я не хочу ввязывать этого человека, потому что он ни в чём не виноват.
– Кто-нибудь, кроме тебя, знает про твой секрет? – спросила Рита.
– Да, один взрослый человек.
– И что же этот взрослый человек тебе ответил? – вмешался в разговор Уильям.
– Пока ничего. Я всё описала в письме и отправила его вчера, ответ ещё не пришёл.
Председатели и старосты начали совещаться. Возникала противоречивая ситуация.
– Что-то не вижу Красавицу и Чудовище, – сказала Нора, оглядываясь. – Все переполошились из-за болезни Джоан. Вижу только мисс Рейнджер и мистера Джонса. Нам бы не помешал совет взрослых, но лучше спрашивать сразу у директоров.
– Я знаю, как нам поступить, – сказал наконец Уильям. – Давайте подождём ответа на письмо Элизабет.
– Согласна, – кивнула Рита и повернулась к Элизабет: – Элизабет, ты всё слышала. Сразу же дай мне знать, когда получишь ответ.
– Да, конечно, – пообещала Элизабет. – Только не думаю, что этот человек меня похвалит. Я бы с радостью посоветовалась с вами, но не могу.
– Ну что ж, похоже, ты уже и без нас достаточно наказана, – заметил Уильям. – И всё же, когда придёт ответ, подойди к Рите.
Элизабет вернулась на своё место. В конце концов ничего страшного не произошло: ребята отнеслись к ней достаточно справедливо и даже не наказали. Поэтому, когда всем раздали деньги, Элизабет вернула свои два фунта обратно в коробку.
– Я обойдусь, – сказала она.
– Умница, – заметил Уильям.
Поступок Элизабет явно разрядил обстановку.
После собрания Элизабет побежала к Матроне, чтобы справиться о здоровье Джоан.
– Ей не лучше, – грустно покачала головой Матрона. – Доктор говорит, что её терзают какие-то личные проблемы. Она даже отказывается видеть свою мать, хотя мы предложили послать за ней.
– Ой… – только и смогла выговорить Элизабет.
Она ушла вконец расстроенная. Джоан не хочет видеть свою мать, а она, Элизабет, уже попросила её приехать.
«Почему у меня всё наперекосяк? – сетовала девочка. – Как бы мне хотелось поделиться с Ритой и получить дельный совет. Но я не могу выдать Джоан. Нельзя, чтобы вся школа узнала об этом. Скорей бы уж пришёл ответ от миссис Таунсенд».
Прошло ещё два дня. Джоан не становилось лучше, и врач с Матроной забили тревогу.
– Нужно срочно вызывать мать, – сказала мисс Белл.
– Да, но девочка отказывается её видеть. Как бы ей не стало от этого хуже. – Матрона была в полном замешательстве.
– Ну знаете, – возразила мисс Бест, – любой родитель примчится, когда твой ребёнок болен. Мы обязаны уведомить миссис Таунсенд о психологическом состоянии её дочери. Хотя, возможно, это всего лишь последствие болезни.
Пока судили и гадали, миссис Таунсенд объявилась сама.
Получив письмо Элизабет, она в тот же день собрала вещи и села в поезд.
Увидев гостью на пороге своего кабинета, мисс Белл и мисс Бест были крайне удивлены.
