А Бенедикт, никем не прерываемый, продолжал:
– Пока у нас есть наши воины мы продолжаем считаться законной властью и силой. Мы – часть Амирана. Нет, – перебил сам себя царь, – не часть. Не часть, а как раз мы и есть Амиран!
– Сильно похудевший, прямо скажем, Амиран, – вздохнув, грустно пошутил Куртифляс.
Никто ему не возразил. Промолчал и Бенедикт. Потом сказал:
– Похоже, первоначальный план не удался. Нас, и правда, слишком мало. Я рассчитывал на приток, а его нет. Я думал, нам удастся напугать противника нашими «бессмертными», но они хороши только в обороне. Как только они начинают наступать…
– Их слишком мало, – перебил его Гадюкин, растерявший на этом скорбном пути остатки субординации и чинопочитания, – стоит одним пройти вперед, как тут же в образовавшуюся брешь ломится конница противника.
– Ну да, – кивнул Бенедикт, – как-то так. Значит, попытка спасти страну собственными силами потерпела неудачу. Придется менять стратегию.
Он подождал, но никто ничего не сказал. Все ждали продолжения, и он продолжил.
– Мы с вами знаем, что сейчас на территории Амирана находятся войска Ахинеи, – он мотнул головой в ту сторону, где, предположительно, и находились эти самые войска, который день уже зачем-то преследующие их. Возможно, султану хотелось взять Бенедикта в плен.
– Кроме Ахинеи влез к нам Арбокор. Ну, и Эрогения. Кажется, все. Я думаю, нам ничего другого не остается, как выйти к границам, скажем, Ахалдакии, и попросить у них поддержки.
– А почему, интересно, они-то на нас не напали? – Поинтересовался один из офицеров. Кажется, это был Гистап, ставший полковником после гибели Галла.
– Я не знаю, – ответил Бенедикт, – может быть, просто выжидают.
– А что они с нас за эту помощь потребуют? – Это уже Куртифляс подал голос.
– Да что бы ни потребовали. В любом случае, они не будут нуждаться в ликвидации Амирана как государства. Да им и не нужны наши леса, болота и горы. Они там, у себя, в своей степи чувствуют себя прекрасно. Конечно, придется чем-то расплачиваться.
Он задумался, глядя на огонь. Именно эта мысль и терзала его все последнее время, терзала хуже ран, нанесенных стрелами. Расплата…
– Да, конечно, придется. Но нам сейчас главное чтобы было, что восстанавливать. Тогда, со временем, все вернем. А пока что мы должны выглядеть войском. Войском, к которому можно прийти на помощь. То есть – мы в роли хозяев, нанимающих работника. Работнику же платят? Платят. Ну, так и что тут? Все законно и справедливо. И им хорошо, они получат свое, не грабя, а заработав. И нам хорошо, это же мы прогоним оккупантов, просто с помощью… ну, с чужой помощью, но все же – мы!
– А кто еще может нам помочь? – Спросил кто-то.
– Кто еще? Из тех, кто рядом, и кто еще не напал? Не знаю, – честно признался Бенедикт, – ну вот Ледерландия рядом, но что с нее?.. У нее армия-то так, только подобрать то, что плохо лежит. Возможно, и она где-то тут, просто мы еще не знаем. К ним-то точно нет смысла обращаться. Они не хищники, они травоядные. Но могут и падалью питаться.
***
– Слушай, – юный герцог, главнокомандующий войсками Ледерландского королевства, поднял голову, оторвавшись от груди Сердеции, которую покрывал страстными поцелуями, – а ты все же уверена?..
– В чем, милый?
– Ну, что они и правда отдадут нам мою Мантиохию?
– Конечно.
– Но ведь тебе это обещала Принципия, а не сам…
– Ничего. Он подпишется под договором.
Вообще-то, если совсем уж честно, то Сердецию и саму одолевали сомнения. На кой черт они со своей армией нужны будут Бенедикту? У него будет дракон, один способный разогнать всю их, так называемую, армию. Не сочтет ли он плату за их помощь чрезмерной? Ведь что они, по сути, могут? Ловить тех, кто будет разбегаться? А если бы их никто и не ловил? Что, хуже было бы? В общем, их роль в предстоящем спектакле представлялась Сердеции довольно сомнительной. Единственное, что они могли, так это грабить села. Но и это ведь было необходимо, учитывая потребности тех таинственных магов. Обеспечивать их продовольствием, благо их там немного, а значит, и еды им надо чуть-чуть. Само войско сжирало куда как больше. Сердеция до сих пор как-то не задумывалась о том, как много, оказывается, нужно армии, особенно когда она в походе. За все то время, что она жила в Ледерландии, войска ни разу не переходили границу. И к ним, слава Единому, никто не вламывался. И это, как выяснилось, очень хорошо, потому что, смогла ли бы эта вот, с позволения сказать, армия, противостоять агрессору? Сомнительно, честно говоря. Да еще и при таком вот предводителе.
И она ласково погладила герцога по затылку.
***
– Ваше Величество, – вошедший в палатку адъютант вытянулся, выпучил глаза и щелкнул, как мог, каблуками, – разведка доносит о скоплении войск в одном дневном переходе.
Никто не заставлял адъютанта, графа вон-Таллера, обращаться к командующему именно так. Все шло от сердца. В армии герцога ван-Гайзермейстера уважали и почитали как короля, полагая, что королем он вскоре и станет. Так чего тянуть? Его Величество, и никаких!
