В конце бетонной лестницы начинается продолговатый проход, стены когда-то давно были выкрашены в белую краску, но это было так давно, что о краске напоминают лишь отдельные потрескавшиеся куски. Запах железа усиливается. Я ощущаю, как волосы на руках и спине становятся дыбом. Это что, страх?
Я вижу Аврору, замершую в конце прохода. Она стоит ко мне спиной и смотрит на что-то, или кого-то в полумраке помещения перед ней. Я зову ее, но она не реагирует. Тогда я подбегаю к ней, осторожно кладу руки ей на плечи. Хочу, чтобы она ощутила себя в безопасности, чтобы почувствовала мое тепло и знала, что больше не одна.
Вздрогнув, Аврора оборачивается и потрясенно всматривается в мое лицо, спрашивая: это действительно ты? Я обнимаю ее и крепко прижимаю к себе. Что здесь происходит?
— Что он сделал с ними… Боже! — дрожа, всхлипывает девушка, ее горячее мокрое дыхание согревает мою грудь.
Я нежно отстраняю ее от себя и увожу за спину, готовый увидеть то, что заставило ее кричать. Делаю шаг в полумрак помещения…
В центре грязного бетонного зала находится квадратная клетка, под низким потолком проходят различные трубы и неизвестные мне механические приспособления. Я разглядываю все это, потому что не хочу переводить взгляд на того, на то, что находится в центре клетки. На металлическом столе лежит скелет обтянутый кожей — в буквально смысле — к нему присоединены две трубки, и даже отсюда я вижу, что по ним течет кровь. Человек на столе не двигается, но к ужасу я замечаю, что глаза его устремлены прямо на нас с Авророй!
Я вскрикиваю. Я, взрослый парень, многое повидавший за свою жизнь на Окраине, напуган живым взглядом исстрадавшегося человека, почти полностью обескровленного идущим по потолку механизмом.
— Он выкачивает из людей кровь. — прижимаясь к моей спине, говорит Аврора. — Теперь ты понимаешь? Понимаешь все?
Я ошеломлен, не могу отвести взгляда от живого скелета. Но все в моей голове действительно встало на место. Дориан Блэк никогда не придумывал химической формулы Бессмертия, элементы химической таблицы тут не причем! Главным компонентом для создания Яда бессмертия является человеческая кровь, и насколько я понимаю, требуется ее огромное количество! Вот почему пропадали Смертные, почему взбунтовался народ, до которого наконец-то за долгие годы дошла правда. Правительство поставляет Дориану беженцев, а он выкачивает из них кровь и готовит Яд, по одному ему известному рецепту. Это ночной кошмар наяву, но главным доказательством реальности являются живые, страдающие глаза, смотрящие на меня из-за решетки.
— Моя мама узнала правду и не хотела, чтобы мы с братом когда-нибудь совершили Переход, потому что она узнала — за это, кто-то отдал свою жизнь. — озвучивает Аврора мысли — Она приехала в Олимп за подтверждением информации, а когда доказательства появились, она хотела начать бунт, рассказать как можно большему количеству Смертных об опасности и когда она со своей группой выдвинулась к замку Блэка, надеясь устроить митинг, их просто расстреляли.
Я оборачиваюсь к Авроре и обнимаю, целую в макушку. Хочу отдать ей все тепло, что во мне есть, спрятать в объятьях настолько, чтобы ей еще долго не пришлось возвращаться в реальность. Она не заслужила всего того, что я с ней сделал…
— Но Лео, это еще не все, смотри… — Аврора указывает пальцем в темное пространство с правой стороны от клетки. Еще одно помещение. Я всматриваюсь, но, не увидев ничего кроме темноты, делаю пару шагов в этом направлении. Срабатывают датчики движения, и темное пространство озаряет белый свет потолочных ламп.
Сначала я думаю, что вижу сваленных в кучу свиней — именно это первым приходит мне в голову — но затем, когда я вижу волосы, понимаю что это люди. Пола нет, есть только худые, обескровленные тела, глядящие по разным сторонам впавшими глазницами. Дыхание перехватывает, вся устрашающая мощь этого ужасного места давит на нас с Авророй. Я не позволяю ей выйти из-за моей спины.
Огромное — как оказалось помещение — заполненное сотнями тел, которые отдали свою кровь механизму. Теперь они уже не нужны. Теперь они отбросы. Все эти люди (многие из которых, скорее всего жители Окраины) стали чем-то вроде отходов. Такое просто не укладывается в голове! Реальность обескураживает своей жестокостью…
— Лео?! — раздается тихий, надломленный голос откуда-то из дальнего угла комнаты-кладбища.
Я знаю, кому он принадлежит! Знаю, что только моя сестра умеет так говорить, но я отказываюсь верить своим ушам, а вдруг это просто призрак!?
Слава Богу, нет!
Руфь выходит под свет потолочных ламп, и я вижу ее лицо впервые за прошедшие тяжелые дни поисков. Она исхудала и испачкана так, будто днями напролет лежала в выгребной яме. Но это не беда, я выхожу ее, уведу отсюда!
