- Я же сказал, многое изменилось! -устало повторил Красавчик - Очень многое! Твоя симпатия - матрона почтенная, мать троих детей и вернейшая жена! А какая раньше была девка! Ух…
- Я был у нее! -как о чем-то само собой разумеющемся сообщил Юлий - Линчетто, мне надо видеть Орсия!
- Чего же проще! -пожал тот плечами - Встань на улице да жди… Глядишь, выедет сегодня в Булу, тогда и увидишь!
- Линчетто! -взяв его за лорику, притянул к себе Юлий - Помнишь, я тебе жизнь в походе спасал? Сколько раз?
- Пять! -угрюмо ответил Красавчик, невольно почесывая левую ягодицу, где подле самого копчика навсегда остался короткий и толстый шрам от отравленного острия номадской стрелы. Юлий потом, не брезгуя и не стесняясь, отсасывал из того самого места яд. Две вигилии!
- Пять! -повторил Стриж, отпуская его - Пять за один - честная сделка? Пять моих услуг тебе за одну - мне! Я спасал тебе жизнь, ты спаси моему другу! Мне надо видеть Орсия!
- Ладно! -пожал плечами Линчетто - Иди… Только если ты рассчитываешь на его короткую память…
- Как раз на хорошую его память и рассчитываю! -возразил Юлий, нагло и весело ухмыляясь - Или ты впрямь думаешь, мы из-за женщины поссорились? Говорю же, он тогда мальчиков предпочитал! Ему самая красивая девушка ничего не волновала! Не то что мне, грешному перед Розой…
- Да, ты всегда был бабником! -с усмешкой признал Линчетто - Ладно, иди… раз есть, что сказать! Только помни, я тебя предупреждал! И не надейся, что стану вытаскивать. Никто тебя за язык не тянул и долг мой перед тобой исчерпан!
- Раз ты сам так считаешь… исчерпан! -весело сказал Юлий - Надо будет, меня другие вытащат, не бойся!
- И смотри поосторожнее! -уже в спину крикнул ему букелларий - Там в доме тоже есть кому охранять…
- Не учи вора прятаться!… -под нос себе, зло и немного разочарованно пробормотал Юлий, входя на лестницу…
Орсий любил такие вигилии - когда жаркое маграбское светило, Священный Гелиос уже прибирал свои лучи, готовясь отдать власть на Небом Никте и Селене да звездам еще, в южном небе многочисленным и ярким, как нигде. Впрочем, до настоящего, сумеречного времени оставалось еще более вигилии и в этой прохладе самое место и время было стихам и любви. И то и другое Орсий считал лучшим средством для отдыха от обыденных дел. И первое он уже получил - сполна. Девушка, юная служанка жены, как и все его любимицы - с широкими бедрами и маленькой, почти незаметной под свободными одеждами грудью, с коротко прибранными черными волосами, отлеживалась теперь рядом с ложем, усталая и не слишком удовлетворенная. У префекта были свои предпочтения, женщинам не слишком нравящиеся, зато вызывающие истинный восторг у него. Что поделаешь, грехи юности не желали отпускать окончательно…
- Послушай, я сочинил для тебя стих! -внезапно сказал он, заставив задремавшую девушку вздрогнуть и открыть глаза.
- Да, кир Орсий! -робко согласилась та - Расскажи…
Орсий принял возвышенную позу, которая при его голых телесах выглядела скорее смешно и громко, с расстановкой, начал читать:
Стихи и впрямь были хороши, пусть и немного занудны. Увы, простая девушка из охлоса ничего в них не поняла и только испуганно вскрикнула, все портя и нарушая идиллию:
- О нет, господин, не умирайте! У вас жена, детки малые…
- Дура! -обиженно сказал Орсий, удивляясь, что только, кроме толстой задницы, нашел он в этой корове с овечьими глазами и куриным выменем - Дура, это же аллегория!
"Дура" часто захлопала короткими ресницами, явно намереваясь разреветься… И тут напряженную тишину на крыше нарушили чьи-то частые хлопки. Явные аплодисменты, готовые вот-вот перейти в аккламации…
Растеряв добрую толику мужественности, столь ценимого поэтами Виртуса, Орсий медленно развернулся на голых пятках… У выхода на крышу, прикрытого и для надежности припертого каким-то булыжником, стоял, невозмутимо улыбаясь, чужак. Незнакомец, хотя и базиликанец по виду. Хотя нет, в нем было что-то знакомое… Но как Орсий ни страдал, вспомнить он не мог. Никак не мог! И тут чужак заговорил…
- Что же ты своих друзей не узнаешь, префект? А ведь когда-то клялся не забыть до смерти!
Вот теперь Орсий узнал. Лучше бы не узнавать и более не видеть никогда!
- Здравствуй, Стриж! -кисло приветствовал его он…
- Да, да! -улыбаясь, Стриж нагло прошел по крыше и уселся на его, Орсия, кресло - Да, я снова здесь, в Маграбе! Соскучился, можно сказать…
- Что тебе надо?! -прошипел Орсий, теряя остатки самообладания - Тара, вон пошла!
