– Тогда что ж меня так перекосило от страха?– спросил себя Шкаб.– Что у меня, глюков не бывало? Да сотнями, что я, уникум у нас тут в Космосе?.. Но меня перекосило, Марк. Помню, достал я из кармана релаксант, сжевал две дозы сразу, закусил предельной спорамина, поднялся, походил по рубке, выглянул в холл. Посмотрел на мониторе, как там мои космачи на Башне, не раскинулись ли, наполовину съеденные, медленно переворачиваясь среди кровавых пузырей… Нет, живые спят себе. А меня, (…)[24], дружище, озноб колотит, никак не справлюсь. Главное, понимаешь, что страшно: на своём родном борту, не на Башне пустой… ОК. Таблетки подействовали. Если плохо – поработай. Я вернулся к сводному, взялся за попробовать до Экваторов и Фундамента доступиться. Я не радист, тем более не соператор, дело тонкое: увлёкся-отвлёкся. Экваторы в канале закодированы – оба. Вот ещё загадка – кто их замкнул. Как будто специально, чтобы бройлеры с платформой связи не имели, да и длинная связь с Космосом у них же через Башню заводилась по умолчанию. Блок стоял на уровне администратора. Начал я возиться с ним. Запросил БВС Башни, она мне что-то мелет божественное, про акриды и медовуху: истории постановки блока у неё в логе сервера связи, видите ли, как-то не сохранилось, она считает это каким-то сбоем, но я-то вижу, что блок поставлен руками! Сначала решил оставить как есть, хороший соператор может и имя блокировщика узнать, если ничего не потереть случайно, но махнул рукой я, авторизовался через свою БВС администратором по командирскому паролю и отозвал, на хер, команду-блок. И – бац! – сразу у меня на монитор вскочили две картинки – Экваторы, оба, стояли на вызове, в ожидании. И пялятся на меня два бройлера-дежурных. Службу знают. Но челюсти отвисли. А у меня и подавно.
– И? И? – сказал я.
– «Я – Шкаб! – говорю, – Экватор-4, Экватор-6, доложите ситуацию, приём». Оба они, значит, закрывают рты, протирают в глазных впадинах и наперебой докладывать. Так, мол, так, я Экватор-четвёртый, я – шестой, вахтенные такие-то, ситуация на маяках нормальная, связи с Башней (и вообще ни с кем) не имеем почти столько-то сотен средних суток, что и думать не знаем… Требую от них информации по развитию гнёзд, они мне отвечают, всё штатно, развились в полном объёме, ну, это ты, Марк, и сам всё знаешь. Почему нет связи с гнездом Фундамента? – спрашиваю я у них. Гнездо Фундамента да и не активировалось, отвечают. То есть так и было, никого там не было изначально. Неплохо, считаю я. Почему, чей приказ не активировать то гнездо, если Башню установили и завели? Им неизвестно. Ну, мачелки вахтенные могут и не знать, считаю, приказываю позвать к связи старших гнёзд. Они уже – оба – за своими старшими послали, просят меня подождать. Знают службу, тренировались.
И вот тут я снова слышу за спиной – ну прямо в метре от меня – эти шаги.
Я вспомнил, что надо дышать хоть изредка, для приличия.
– Тут до меня доходит, – продолжал Шкаб, – что бройлер с Экватора-4 просит меня представиться наново… То есть шаги стихли – как и в тот раз, подошли ко мне сзади, облокотились на спинку моего кресла, – и я услышал вопрос бройлера, точней, понял смысл. Этот, значит, дошёл до меня, и до меня дошло… Обернуться не в состоянии. Пялюсь в монитор на радостное рыльце мачелка и говорю: «Мастер-пилот Люка Ошевэ, звать Шкабом, член основной экспедиции…» Он у себя там что-то помечает на пульте и продолжает: «И коллега ваш?..» – «Какой коллега?» – И мачелок с экрана тычет стилом мне за плечо. И тогда я оборачиваюсь.
– И? Это был?.. – спросил я.
– Опять никто, Марк.
А мачелок, бройлер (он себя назвал, но сейчас не помню имени) – видел этого никого! Значит, и видеокамера его видела. А я не видел. Ну, я же не видеокамера…
– Это вы пошутили, Шкаб?
– Это я попытался. Не перебивай…И маленький повторяет: «Как вашего коллегу зовут?»
«Какого коллегу, мать твою колбу?» – спрашиваю.
«Но вот же. – Тычет снова своим стилом. – Товарищ?..»
Шкаб запнулся.
– Тут я, наверное, что-то потерял.
Шкаб помял подбородок и без смеха хохотнул.
