А потом слухи по столице распространились уже сами собой, обрастая настолько невиданными подробностями, что большинство здравомыслящих людей попросту отказывались в них верить. Но самым печальным результатом такой несдержанности штабс-ротмистра Котова оказался разговор, произошедший через две недели после этого в доме на Сенной площади, именуемом среди посвящённого люда «Малинник». Это было трёхэтажное здание грязно-жёлтого цвета с разбитыми, а после заколоченными и закрытыми тканью окнами. Трактир служил пристанищем для людей самых разных профессий, но законопослушных горожан здесь отродясь не водилось. Вот и компания, облюбовавшая себе широкий стол в самом дальнем углу, состояла сплошь из лихих людей, предпочитавших всем иным способам отъёма денежных средств разбой или грабёж.
— Да верно вам говорю. Он так и сказал: давай научу тебя из песка золото делать! Его этому та самая принцесса из Италии обучила. Внучка самого графа Калиостро, — подняв грязный палец, назидательно пояснил один из громил.
— Слыхал я про такие чудеса, — поддакнул второй, казавшийся на фоне остальных наиболее образованным и интеллигентным человеком. — Алхимия называется. Этим многие тогда грешили, но мало кому удалось — потому как тайна великая.
— Да это ещё что, — перебил его первый рассказчик. — Они демонов из самого ада вызвали, чтобы те их кандалы погрызли.
— Да брешешь ты всё! — возразил один из присутствующих. — У нас на каторге такие кандалы были, что пилить устанешь, а чтобы перекусить… Полпуда веса!
— Ты, Фома, верно говоришь, — подтвердил самый старший — седовласый дед с выжженным на лбу клеймом в виде буквы «Б». — Кандалы никак не перекусишь.
— Так то ж демоны! — убеждал рассказчик. — Им эти кандалы — тьфу. Они стену головой прошибли — и хоть бы что!
— Да погоди ты, — перебил его кто-то нетерпеливо. — Так научил он того купца-миллионщика золото делать али как?
— Да сожрали купца демоны! Он говорит: ты мне бриллианты подавай, да чтоб все как на подбор с перепелиное яйцо и не меньше. Вот тут демоны его и сожрали…
— А жандармов что ж не сожрали? Или купец некрещенный был?
— Так жандармы эти сами демонов и призвали! Они их имена знают!
— Надо прижать этих господ. Пусть нас научат! — пробасил здоровенный детина, до сих пор хранивший молчание.
— Ага, научат они тебя. Держи карман шире… Или ты с демонами воевать станешь?
— А хоть бы и с демонами. Я крещёный, и в церковь завсегда хожу, и пост соблюдаю. Да мне отец Фотий намедни грехи отпустил. Крест нательный всегда со мной — что мне твои демоны?
— Пули против них нужны серебряные и вода святая, — глубокомысленно изрёк интеллектуал.
— Да они ж не оборотни! — удивился каторжник.
— А ты почём знаешь? Лучше всё под рукой иметь, что-то да сгодится.
— Иконы нужны и место намоленное! Там у них силы не будет, — подсказал дедок.
— На углу Нарвского и Петергофского епископ Нарвский Антонин недавно место под новую церковь каменную освятил. Подойдёт?
— Подойдёт. А Сенька Иуда вчера с брательником своим Фёдором иконы какие-то продавали.
— Найди и отбери. А вообще, надо промеж клюквенников поспрошать. Они оклады курочат, а образа оставляют.
— Бабу их украдём и так схороним, что ни один демон не сыщет. Освятим там всё — пущай только сунутся.
— Верно говоришь! Мы её калёным распятьем прижжём — глядишь, демоны посговорчивей станут.
А через три дня после этого разговора Лена пропала. Их штатный извозчик Парфён Ильич был найден с проломленным черепом в придорожной канаве неподалёку от штаба, а сам экипаж и Лена бесследно исчезли. У одного бдительного городового удалось выяснить, что похожий экипаж приблизительно в это время проехал в сторону Нарвской заставы, но потом следы терялись. Юрий Андреевич, конечно, поставил на уши всех, кого только смог, да и Егор рыскал по всему городу в сопровождении десятка бойцов и кошмарил всевозможные злачные заведения, но результат, кроме ещё нескольких задержанных, был нулевой. На их беду, Арацина уехала в Крым присматривать семейное гнёздышко, благо найденная в злополучном московском доме сумма вполне позволяла это сделать.
Записка, прилетевшая вместе с камнем в окно их штаба на следующий день, несколько прояснила дело. Лена писала, что её держат в заложниках и им предлагают встретиться для обсуждения одного очень серьёзного дела. Само собой, присутствие посторонних на этой встрече не приветствовалось. Конечно же, решено было ехать, но вот куда и когда — в записке не сообщалось.
В этот раз незаменимым сотрудником показал себя титулярный советник Зимин. Как оказалось, он настолько хорошо знал свой город, что, не глядя на карту, стал называть узловые точки, где должны стоять сотрудники, чтобы перекрыть любое направление движения от их штаба. Спецназовцы Егора, разделённые на множество мелких групп, были рассредоточены по всему Санкт-Петербургу.
Часов в шесть вечера мелкий оборванец уверенно распахнул калитку их особняка и пошёл к входу. Титулярный советник Зимин обрадовался ему как старому знакомому:
— Здорово, Санька? Ты что тут делаешь?
