— Теперь что касается дальнейших планов. Как всегда, есть несколько вариантов, предлагаю обсудить последовательно… Первый — это нафарцевать по-быстрому сколько удастся и, не дожидаясь большого кипеша, рвануть в сытую и спокойную страну, ну а там уже развернуться легально. Сделать это, в общем-то, несложно — народ здесь в основном доверчивый, любая афера на ура пройдёт. Тут вообще раздолье! Считай поле непаханое. В банках ни тебе камер, ни датчиков каких мудрёных… Инкассаторы не особо пуганые, да и против нашей с тобой подготовки не потянут. Зная тебя, чистодела, сработаем без мокрого раз несколько, но по-крупному, и отскочим. А когда людишки отсюда толпами ломанутся — знай только встречай их на той стороне…
— Нет, Юра! — твёрдо сказал Егор. — Ну его на хрен такой вариант. Не буду я этим заниматься, да и уезжать тоже не горю желанием. Может, конечно, жизнь потом и заставит, но сейчас не хочу. Давай следующий варик — этот точно нет.
— Хозяин — барин, — покладисто согласился Клочков. — Тогда твой вариант: найти Кобу, закорешиться с ним и попытаться уберечь страну от лишней крови. Это мы уже обсуждали вроде… Шансы хиленькие. Даже если уцелеем в мясорубке Первой мировой и Гражданской, то, боюсь, всё равно вряд ли на что-то сможем повлиять кардинально.
— Это понятно всё, но ты ведь уже наверняка всё продумал и самое интересное оставил на десерт?
— Ай, какой ты хитрый стал да проницательный! — похвалил старик.
— Так не первый день уже знакомы. Давай колись: чё мы теперь, за царя и отечество?
— В основном за отечество, а насчёт царя — там видно будет.
— Ну не томи уже, Юра!
— Так тут всё просто: приходим к императору российскому, самодержцу, и говорим: так, мол, и так, царь-батюшка… Кранты твоей монархии скоро — у тебя уже пять тузов на мизере, да ещё два в прикупе. Так что или давай менять всю схему к чертям собачьим, или всех вас быстренько рассчитают на первый-второй…
— Думаешь, согласится? Это ж всю страну надо на уши поставить!
— А её скоро и без нас с тобой поставят. И не на уши, а в гораздо более интересную позицию, да ещё и зафиксируют в ней лет эдак на десять…
— Но если всё же откажется?
— Тогда остаётся один замечательный грузин, который, правда, пока ещё не начал заниматься национальным вопросом…
— Мне кажется, Юрий Андреевич, что ваши шутки про товарища Сталина неуместны, — твёрдо сказала Лена.
— Все претензии к Владимиру Ильичу, — развёл руками старик, а потом улыбнулся широко и открыто. — Обещаю, что когда вас познакомлю, то так ему и скажу: мол, хреново вы шутите, товарищ Ленин.
— Не много ли на себя берёте, Юрий Андреевич? — поджала губы Лена, явно настроившись обидеться. Была у неё такая манера…
— Брейк! Ничья, — вынес вердикт Егор и сменил тему. — Так ты что, собираешься в Зимний дворец проникнуть?
— Тогда уж скорее в Александровский, что в Царском селе, — поправил его Клочков и добавил: — Но нет. Тамошние вертухаи тоже свой хлеб не зря едят — есть вариант и попроще. Но это уже детали… По ходу разберёмся.
— Меня всё-таки тревожит, как бы хуже не вышло… Сталин сумел мобилизовать все силы и подготовил страну к той страшной войне, а эти так смогут?
— Иосиф Виссарионович сможет. Если один раз удалось страну из руин поднять, то в этот раз ещё лучше должно получиться. У него ведь будет плюсом миллионов двадцать рабочих рук, да и времени лет на десять больше. Ну это, конечно, всё очень приблизительно и весьма условно.
— Так, я что-то совсем с тобой запутался! Кто рулить-то будет: царь или Сталин?
— Да тут как карта ляжет. Если сравнивать личности, то выбор, по-моему, очевиден… Но здесь не всё так просто.
— Ох, темнишь ты что-то, граф…
— Даже не пытаюсь. Просто я ж не Арацина и не могу заглядывать в будущее.
Санкт-Петербург
К известию об их скором отъезде Елизавета Матвеевна отнеслась с пониманием и лёгкой грустью. Она всё же успела к ним немного привыкнуть, да и кипучая деятельность Юрия Андреевича на посту управляющего не осталась незамеченной. Графиня чуть ли не насильно всунула им пятьсот рублей, хотя Клочков отказывался до последнего.
Дорога в Петербург заняла почти три дня. Допотопный паровоз разгонялся максимум километров до сорока в час, но чаще полз гораздо медленнее.
Теперь они ничем не выделялись среди окружающих. Одеты были весьма прилично, багажа с собой везли немного. Как заметил Егор, такие пассажиры составляли большинство, по крайней мере, в их вагоне первого класса. Юрий Андреевич ненадолго оставил супругов перед самой посадкой и немного потолкался в толпе на перроне. Вернулся он весьма довольный, и теперь Егор был на сто процентов уверен, что после этой прогулки кто-то из пассажиров чего-то недосчитался.
