Егор безропотно подчинился. Незнакомец упёр пистолет в спину Егору и сноровисто охлопал его со всех сторон.
– Пустой, – вынес он вердикт.
– Давай его в управление, – распорядился старлей.
Егор прям ощутил, как царящее в комнате напряжение спало. Он повернул голову и увидел, как Бабкин прячет револьвер в кобуру. Коллеги из соседнего кабинета последовали его примеру. Второй штатский повесил на плечо пистолет-пулемёт ППД-34 и засунул руки в карманы. Справился.
Егор ухмыльнулся. Помимо упирающего в спину ствол однофамильца, вооружённым остался только тот самый парнишка, в котором он так ошибся. Именно он поднял револьвер Егора и теперь стоял, безразлично наблюдая за происходящим. Этим грех было не воспользоваться. Ситуация, в общем-то, вполне стандартная. Юля, бездонная кладезь самых разнообразных приёмов, порой больше напоминавших какие-то цирковые трюки, показала ему как-то просто фантастические выходы из подобного положения. Он, конечно, попробовал, но получалось не всегда. И Егор, решив не мудрствовать лукаво, использовал простенький, но отработанный до автоматизма алгоритм.
Шагнув в сторону, мягким кошачьим движением изогнул корпус, уходя от возможного выстрела, развернулся и, захватив вооружённую руку, быстренько вывернул револьвер. В общем, ничего сверхъестественного – немного физики и знание анатомии. Егор, прикрылся телом однофамильца, направил револьвер в голову Бабкина и громко сказал, обращаясь главным образом к вооружённому парню.
– Замерли все.
Всё произошло очень быстро, и такая резкая смена ситуации ошеломила милиционеров.
– Кто дёрнется – стреляю, – предупредил Егор. – Готовы обменять жизнь своего товарища и командира на мою?
Они молча переглянулись, а затем уставились на старлея, ожидая дальнейших распоряжений. Но Бабкин молчал, продолжая магнетизировать Егора взглядом полным ненависти. Умирать ему совсем не хотелось.
– Оружие на пол!
– Отставить! – твёрдо сказал Бабкин. – Он нас всех потом перестреляет. Лучше уж одного меня.
– Я просто уйду. Слово даю.
– А твоему слову можно верить? – грустно усмехнулся старлей.
– Мне ваши жизни ни к чему. Я считаю до трёх и стреляю…
– Дом окружён. Тебе не уйти.
– Мои проблемы.
– Передайте моим… – тихо начал старлей, и Егор сразу же догадался, что может последовать в конце этой речи.
Не дожидаясь окончания, он шагнул в сторону парня с двумя пистолетами, крутнулся вокруг своей оси и, разогнав этим движением свой небольшой вес до вполне приличной скорости, впечатал подошву ему в живот. От удара того согнуло пополам, а Егор попробовал обрушить рукоять пистолета на голову стоящего рядом автоматчика, но тот инстинктивно отшатнулся, и удар пришёлся в плечо. Егор тут же ушёл в сторону и вновь направил оружие на Бабкина.
– Людей пожалей, – злобно прорычал Егор, – да я вас всех положить могу.
– Чё ж тогда не положил? – хмуро спросил Бабкин. Свой наган он достать не успел и теперь нервно теребил пальцами застёжку кобуры.
– Я никого не хочу убивать. Мне нужно спасти эту девушку.
– Опять твои сказки?
– Пусть даже и сказки, – не стал спорить Егор. – Правде ты бы точно не поверил. К тому же это совсекретная информация, и я не вправе разглашать.
Бабкин смерил его долгим внимательным взглядом, но промолчал.
– Последний раз повторяю: оружие на пол и отошли к стене. И не дёргайтесь. Тогда все сотрудники вернутся домой.
Милиционеры опять взглянули на старлея, и тот хмуро кивнул. Автоматчик, потирая ушибленное плечо, сбросил свой ППД на пол и первым шагнул в указанном направлении. Получивший в живот парень бросил оба пистолета перед собой, с трудом разогнулся и побрёл следом. Когда милиционеры выстроились в шеренгу, Егор подобрал с пола свой наган и скомандовал:
– Руки на стену, ноги на ширину плеч. Шире. Ещё шире.
Потом подошёл ним и, не повторяя ошибки своего однофамильца, обезоружил остальных. Затем шагнул к окну и приник к щели между досками. Никакого оцепления он не увидел. Ну и славненько…
– Теперь, Бабкин, слушай меня внимательно. Мне нужно знать, где эта девушка. Очень нужно.
Бабкин молчал.
– Ладно, – решился Егор. – Если не хочешь говорить, то я тебя немного простимулирую. Я буду убивать каждую минуту по одному человеку, пока ты не вспомнишь. Тебя последнего. Годится?
– Ты же слово давал!
– Слово?! Во ты наивный. Как тебя только замнач угро назначили. Или не назначили? Фамилии-то на двери не было. Впрочем, это неважно. А насчёт данного слова, так это моё слово, хочу – даю, хочу – обратно забираю. Я тебе не дворянин и не наследный принц – меня эти заморочки не волнуют. Целесообразность выше. В общем, время пошло, и первый кандидат в покойники этот парнишка, что следил за мной в пивной.
– Я не знаю, где она! – тут же выкрикнул Бабкин.
Чувствовалось, что говорит он вполне искренне. Егор тяжело вздохнул. Где искать Руту было по-прежнему непонятно.
– Полминуты, старлей.
Бабкин молчал.
– Пять секунд. Три. Две. Одна. – Егор взвёл курок одного из наганов.
– Да не знаю я! – старлей был близок к истерике.
