– Согласно рапорту старшего лейтенанта Никольского, курсант Вишневский оказался очень наблюдательным человеком. Вот, пожалуйста, – он протянул начальнику рапорт преподавателя.
Василий Тимофеевич быстро побежал написанное, вернул рапорт заместителю и после недолгого раздумья сказал:
– Если это смог заметить совершенно неподготовленный человек, то к нам могут возникнуть вопросы. И вам не показалось странным, что нас пытается учить какой-то мальчишка?
– Свежий взгляд со стороны бывает иногда очень полезен, – осторожно сказал Коноваленко.
– Меня тревожит этот Вишневский. Слишком часто я слышу эту фамилию, – честно сказал Сергиенко. – Сначала он в одиночку убивает четверых бандитов, потом задерживает самого настоящего шпиона, благодаря чему мы выходим на след целой разведывательной группы. Если бы мы имели дело с опытным сотрудником, тогда ещё куда ни шло, но для обычного сельского парня – это явный перебор. К тому же, два преподавателя из школы милиции сигнализировали о его весьма странном поведении. Думаю, пришло время лично познакомиться с курсантом Вишневским. Алексей Архипович, отправьте людей в школу милиции, задержите и доставьте сюда этого уникума. Будем разбираться.
Егору приснился странный сон. Бескрайний чёрный космос, тусклая бордово-алая звезда, крошечная планета, выглядевшая с орбиты почему-то какой-то странной сиренево-фиолетовой и бесшумные вспышки десятков взрывающихся кораблей. Эпизод из Звёздных войн, не иначе. Он умело пилотировал небольшой, но невообразимо быстрый летательный аппарат, ловко уворачиваясь от стремительных атак таких же вёртких соперников, пытаясь пробиться к огромной махине флагманского звездолёта, но для чего он это делал, так и осталось для него загадкой. На нём сосредоточили огонь сразу две орудийные башни флагмана, и его корабль мгновенно исчез в ослепительно яркой вспышке. И он тут же проснулся. Как и полагается в липком поту и с учащённым сердцебиением. Немного полежал, приходя в себя и понял, что пытается вспомнить что-то далёкое, постоянно ускользающее куда-то в глубины подсознания. Чистейшей воды дежавю. Ему казалось, что он всё это уже когда-то видел, и даже при определённом напряжении сможет вспомнить не только класс этого звездолёта, но и даже название… Но, конечно же, ничего не вспомнил. Он уже собирался было плюнуть на это бесполезное занятие, встать и пойти заниматься обычными утренними делами, как внезапно в памяти всплыло: «La flagŝipo». Что это значит он не знал, но звучало красиво.
Он целый день повторял про себя это слово на разный лад, но перевести так и не получилось. Он даже попробовал найти ответ в крошечной библиотеке школы, но безуспешно. На выходе из неё его и встретил преподаватель по самбо. Молча остановил жестом, порылся в карманах, весело подмигнул и протянул ему увольнительную в город. Егор только успел вчитаться в написанное, а старший лейтенант Заитов уже бодрой походкой скрылся в одном из кабинетов и догонять его со словами благодарности было как-то глупо и неуместно.
Егор, получивший увольнительную в город, скорее всего, в виде поощрения за того фельдфебеля, очень обрадовался. Хмурые ребята из контрразведки вчера изрядно помотали ему нервы, и прогулка по вечернему городу оказалась весьма кстати. Дежурный на КПП проверил документы, предупредил, чтобы Егор не вздумал опоздать, и, выпустив его через калитку, бросился открывать ворота новенькому чёрному автомобилю. Егор, выйдя на улицу, успел заметить у сидящих в машине петлицы госбезопасности и даже успел подивиться этому обстоятельству. Чего это, мол, чекисты у них забыли, но вертевшийся неподалёку парнишка отвлёк его внимание. Он внимательно рассматривал Егора, украдкой сравнивая его с какой-то мятой фотографией. Выглядел он, в общем-то, вполне безобидно и совсем не походил на сотрудника спецслужб или матёрого уголовника, но Егор, помня, как он ошибся с оперуполномоченным Андреем, всё же немного напрягся. Пройдя метров сто по улице, Егор обернулся. Парень шёл следом и даже не пытался маскироваться под случайного прохожего. Более того – приветливо, как старому приятелю, помахал рукой, привлекая внимание.
