К этому моменту Фенг готовился долго — целый день, с самого утра до позднего вечера. Ему требовалась ци, так много, сколько он сможет получить. Поэтому Фенг перестал использовать зрение ци, что далось ему даже с некоторым трудом, так он привык к постоянному жжению в глазах и тянущему чувству в глубинах черепа. Мир тут же изменился, став каким-то блёклым и размытым, словно на глаза Фенга налепили по куску промасленной рисовой бумаги. Несмотря на сильное облегчение из-за отсутствия боли и рези, Фенг испытал нестерпимое желание вернуть всё назад, которое, впрочем, удалось быстро подавить. Видать, учитель не врал, вернее, врал не во всём. Фенг действительно свыкся с новым способом восприятия, его «взор цилиня» даже начал находить различия между самыми привычными, видимыми обычным взглядом цветами и потоками природной ци, свечением жизни, блуждающими искорками духов леса, гор или реки.
Ещё Фенг перестал бегать, начал передвигаться обычным темпом. Это требовалось, чтобы к вечеру собрать всю нерастраченную за день энергию и использовать её на реализацию задумки. И результат вышел совершенно неожиданным. Деревенские не только не вздохнули с облегчением, увидев, что дурачок Фенг взялся за ум, перестал выпендриваться и начал вести себя как нормальный обитатель этого глухого местечка, а, наоборот, сильно заволновались. К нему подходили по очереди то родители, то соседи, то окрестная малышня. Корзинщик Яо, гончар Кун, тётка Жао и даже староста Ван интересовались, не заболел ли он и хорошо ли себя чувствует. Разумеется, никому не было дела до его здоровья, из расспросов Фенг понял, что им важно знать, не передается ли эта болезнь другим и не стоит ли выгнать Фенга куда-то в лес, пока тот никого не заразил.
Узнав, что Фенг просто решил сегодня отдохнуть, а завтра собирается начать всё по новой, те лишь кивали и расходились, причём, как ему показалось, с долей разочарования — ведь известие о страшной, желательно смертельной и мучительной, болячке одного из деревенских жителей могло как минимум разбавить монотонность крестьянских будней, в отличие от простого желания местного дурачка перестать дурачиться, да ещё и ненадолго, всего на денёк.
К удивлению Фенга, вместо того чтобы порадоваться желанию «быть таким как все», родители и братья тоже остались недовольны. Слишком уж они привыкли к тому, что Фенг всё делает быстро, что мчится от дома до полей, речки или леса со скоростью ветра. Но, к счастью, это недовольство осталось только на словах, Фенга даже не побили, ну, кроме привычных ежедневных подзатыльников.
Целый день он старался вобрать как можно больше окружающей ци. Вообще-то он делал нечто подобное постоянно, чтобы уверенно и безостановочно растить свою внутреннюю силу, как делают это все мастера, медитируя в горах или пещерах. Но сегодня он вбирал в себя ци через «не могу», пытаясь запихнуть как можно больше, чувствуя, что лишь одна лишняя капелька — и его голова треснет, разлетится на дюжину дюжин кусков, забрызгав всё вокруг.
Укладываясь спать на своей жёсткой колючей соломе, он понимал, что заснуть не получится, и вовсе не от острой, выжигающей череп головной боли. Его переполняла не только энергия, но и сильное возбуждение, жадное нетерпеливое предвкушение. Сегодня он собирался использовать каждую капельку ци, каждую крупицу силы, чтобы нырнуть в глубины памяти и раскрыть все запрятанные там секреты. Сегодня он узнает имя учителя, а значит, и своё будущее имя! Имя, которому предстоит прославиться тысячей свершений, о котором узнает вся Империя и которое после просмотра кристаллов будут повторять дети, мечтая вырасти и стать такими же, как этот великий герой!
А ещё Фенг пролистает все свитки и книги, которые когда-либо держал в руках, выберет и изучит всё полезное, всё, что может пригодиться тут, в крестьянской жизни, а также поможет наилучшим способом спланировать собственное развитие. Ну и, конечно же, если хватит ци, Фенг воздаст должное любимым кристаллам. И это не потому, что ему так хочется развлечься, вовсе нет! Просматривая кристаллы, Фенг сможет подсмотреть техники Бао Сяо, не только его, но и других героев и злодеев, чтобы потом их воссоздать, воспроизвести и стать ближе к настоящему могуществу! В конце концов, отец когда-то говорил, что негодяй-учитель сильнее героев кристаллов, так что Фенгу нужен подходящий ориентир, видимая цель, которую надо превзойти. Ну а то, что любимая присказка учителя являлась искажёнными словами злодея из «Стремительного клинка», послужит ещё и дополнительным толчком к мотивации! Идея оказалась столь хороша и сулила столько сплошных выгод, что Фенг даже удивился, как она не пришла в голову гораздо раньше?
Фенг зажмурился и сосредоточился. Первым делом он решил взяться за самое важное — своё будущее великое имя. Какое бы отвращение к учителю он ни испытывал, сколь бы болезненными ни были воспоминания, но он вызвал в памяти ту сцену в малой дворцовой приёмной и направил в голову ци.
