«Сергей, ты прав, это отличительный знак одного древнего Ордена Отстойника. Впервые он упоминался около двух тысяч лет назад. Создан двенадцатью Игроками для защиты Ищущего с очень редким Ликом. К сожалению, как раз о персонаже, ради которого все создавалось, не говорится. Но сопоставляя историю Отстойника и события в других мирах, могу предположить, что речь идет об Ищущем с Ликом Спаситель. Орден был распущен из-за предательства одного из членов. Я видел еще несколько упоминаний о нем в средних веках, когда Игроки с данным знаком в одиночку вмешивались в дела обывателей. Но о воссоздании Ордена речь нигде не шла».
Орден из двенадцати Игроков, которые пытались оберегать Спасителя, но у них ничего не получилось из-за предательства одного из членов… Тут не надо быть Лицием, чтобы понять что к чему. Меня аж до мурашек пробрало. Прочитаешь подобное в какой-нибудь фантастической книге — загремишь за оскорбление чувств верующих.
Чем дальше, тем все стремительнее разворачивался свернутый клубок тайн. Зачем Охотник ввязался в восстановление давно разрушенного Ордена? Или он простой участник? Хотя что-то мне подсказывало, что мой наставник вряд ли пошел на роль обычной пешки. Ладно, выясним. Сейчас у меня на повестке дня было кое-что посерьезнее. Я набрал номер и начал с вопроса.
— Привет, ты где?
К удивлению, Рис оказалась дома и назвала свой адрес. Выходило не сказать, что очень близко, но бешеной собаке семь верст не крюк. А когда под задницей такси, так и вовсе быстро. Девушка жила в высокой новостройке, с крохотной, огороженной сеткой, детской площадкой, и узкими тротуарами. С парковкой тут явно беда. Даже сейчас, днем, все было плотно заставлено машинами. Представляю, что тут творится вечером. Инфраструктура? Не слышали. Куча воткнутых без разбора «свечек», чтобы срубить бабла — это к нам.
Я набрал номер на домофоне, и Рис открыла без лишних разговоров. Подъезд оказался немного потрепанным — черные полосы на стенах, помятые почтовые ящики, несколько расплавленных кнопок в лифте. Да уж, когда ты въезжаешь в новый дом, то надеешься, что все будет свеженькое и чистенькое. А вот, что у некоторых людей голова только для того, чтобы кушать — не учитываешь. И достаточно одной паршивой овцы, дабы создать плохое впечатление о всем стаде.
— Ты из лифта выходить будешь или нет? — спросила Рис.
Я тряхнул головой, отгоняя морок. Вот ведь, постоянно я не к месту о России начинаю думать. Золотой человек, что и говорить. Вышел из лифта, чуть оказавшись зажатым створками и хмыкнул, разглядев Рис.
— Чего ты?
— Просто необычно тебя такой видеть.
Выглядела он действительно очень… по-обывательски. Растянутая майка, спортивные штаны, шерстяные носки. О причастности Рис к ее направлению говорил лишь лежащий за ухом карандаш.
— Так и будешь стоять? Заходи давай. Обувь здесь снимай.
Это было действительно непривычно… Девушка жила в светлой и чистенькой двушке. Мебель хоть и недорогая, явно с Икеи, но намного лучше моей. Все в скандинавском стиле — преобладали серые и светлые тона. Однако все на своих местах. Ничего не нагромождено. Дверь в спальню закрыта, поэтому мы переместились в гостиную. Та была соединена с кухней, потому помещение казалось громадным. Да еще и планировка в новостройке была не в пример моей, комнаты просторные, будто для людей строили. Наверное, я ожидал какого-то лофта в промзоне.
— Уютненько.
Я плюхнулся на диван, стараясь не задеть стеклянный журнальный столик. На нем, кстати, было разбросано множество зарисовок, в основном оружия. Видимо, Рис оттачивала свое мастерство сначала на этих огрызках, а потом уже использовала альбом.
— По поводу вечера…
— Я поняла, мне надо прикинуться для твоих родителей их дочкой. Ничего такого, использую Маскировку. А твоя дульцинея будет лицезреть меня обычной. В смысле, какой видят обыватели.
— Не Дульцинея, а Юля.
— Мда, книжек умных мы не читаем, — уселась Рис на кресло и закинула ногу на ногу.
— Я документалки смотрю, иногда. Ну хорошо, редко. Это считается?
— В приличном обществе только о таком не говори.
— Ладно, слушай, мало назваться Лилькой. Надо вести себя соответствующе. Собственно, ничего сложного. Моя сестра тихоня, редко вступает в разговор, тем более спорит.
— Конформистка, — брезгливо бросила Рис.
— Вот фига с маслом. Она если что решила, мехом внутрь вывернется, но своего добьется. Но это так, к слову. Обычно Лилька сидит, ест и изредка кивает. Отвечает односложными фразами.
— Королева вечеринок, я поняла.
— Именно. Вот и от тебя требуется то же самое.
— Покажи мне фотографии своей сестры. Чтобы понять, как «одеваться».
Пришлось лезть в соцсеть. У Лильки был еще инстаграмм, но я с ним не особо дружил.
— Поняла, все будет в лучшем виде. Не парься, прикинуться шлангом и поесть на халяву нетрудно. Надеюсь, твоя мама, прости, наша мама хорошо готовит?
— Есть блюда, в которых она может поконкурировать с Лаптем. Ладно, будет о фигне. Я тут кое-что узнал…
