— Сергей, а что, собственно, происходит? — спросил он растерянно.
— Алкогольный делирий в чистом виде.
— Да? Я вроде всегда аккуратен в пропорциях… Ох, неужто я что натворил?
— Полицейских с лестницы спустили, одного даже покусали. Еще жену из дома выгнали.
— Ох… — страдальчески закатил глаза профессор. Не пойму, что его испугало больше: проблемы с полицией или женой?
— Ничего страшного. Просто делайте, как я говорю и все будет хорошо, ладно?
— Так, в доме есть спиртное?
— Сергей, ну что ты? Любаша в этом плане у меня экстрасенс. Все находит.
Я заметался по квартире, в поисках чего-нибудь подходящего. Наконец увидел небольшую лейку на подоконнике. Заглянул, наполовину полная. Подойдет. Эх, щедр я сегодня на фокусы от Лика. Короткая Трансформация жидкостей и вместо воды внутри уже водка. Да, не вино, но наша, «беленькая», сейчас подойдет как нельзя лучше.
Я сначала немного побрызгал на самого Петра Сергеевича, а потом вложил лейку ему в руки.
— Пейте.
— Сергей, надо хоть стакан взять. Да и одному это не комильфо.
— Пейте!
Профессор испуганно сделал глоток, потом второй, третий. Я тем временем начал ему все рассказывать.
— Вас сейчас отвезут в отделение. Молчите, ничего не говорите. Пусть спишут на «белочку». Понятно?
Петр Сергеевич медленно моргнул глазами, все еще не отрываясь от лейки. Пришлось мне вмешиваться и их разлучать.
— Сидите здесь.
Я подошел к своему пакету и взял его в руки. Подумал немного и подобрал бутылку из-под бренди. Лучше никому эту пустяковину не видеть. Спустился к еще «оболваненному» лейтенанту и добавил.
— Все, он спокоен. Сопротивляться не будет. Товарищ лейтенант, и пожалуйста, вы уж помягче с ним. Человек не в себе был.
— Да, конечно, — махнул рукой тот и «пэпсы» побежали наверх.
Я уже хотел идти домой, но тут во мне проснулось что-то озорное.
— И еще, товарищ лейтенант…
— Что?
— Попробуйте аниме посмотреть, говорят это интересно. Целые страны аниме увлекаются.
— Аниме? — удивился полицейский, смотря на меня стеклянным взглядом. — Забавно. Я что-то об этом слышал, но не вникал. Хорошо посмотрю.
Ну а что? Чем не парадигма? Не понравится, все равно отторгнет. А если увлечется… То ему действительно откроется новый мир. Кое-как отбившись от благодарящей соседки «Любаши», я прорвался к себе. Закрыл дверь и выдохнул. Как оказалось, рано. Стоило включить свет, как взгляд уперся в сердитого Лаптя. Стоит, брови нахмурил, руки на груди скрещены.
— Это что? — кивнул он на пакет.
— А где здравствуй, хозяин? Рад тебя видеть, — стал разуваться я. — Неужели не соскучился за день?
— Ага, ты по мирам шляешься, а я тут кукую один. В пакете что?
— Остатки былой роскоши.
— Давай сюда, — вытащил он пакет из рук и чуть ли не с головой залез в него, — фу, сколько майонеза. Причем не домашнего, а покупного, что и майонезом назвать нельзя. Хозяин, ты же не будешь это есть?
Я в ответ неодобрительно буркнул и прошел в ванную. Включил душ, разделся и стал намыливаться. Бок до сих пор болел, словно его Рис и не чинила. Дотронулся до малозаметного шрама и вздрогнул. Как же неприятно. Так, а почему кожа здесь такого странного зеленоватого оттенка?
— Лапоть!
Домовой появился сразу, я еще даже кричать не закончил. Деловито посмотрел на меня, всплеснул руками, увидев рану, и покачал головой.
— Сегодня ранили?
— Ага. А чего кожа позеленела?
— Так отравленный клинок был. Неужто непонятно? Ладно, сейчас я сварю кое-что. Должно помочь.
И исчез. Зато на кухне загромыхали кастрюли. Я осторожно помылся, стараясь не трогать затянувшуюся, но не зажившую рану. Вышел из ванной, прислушался к тому, что творилось в подъезде — тишина. Видимо, все уже закончилось. Расправил постель и почти вытянулся, как появился домовой.
— Пей.
Я ничего не спрашивал, хоть варево и пахло, как полуразложившаяся собака, фаршированная нестиранными носками. Лапоть умел ставить на ноги средствами нестандартной медицины. В этом я не сомневался.
— А теперь спи.
Мой приживала коснулся лба своей мохнатой рукой, и я в буквальном смысле вырубился. Не поняв до конца, то ли виной всему был слишком бурный день, то ли неведомое заклинание Лаптя.
Утро настало внезапно. Будто я на мгновение закрыл глаза, а когда открыл вокруг уже все изменилось. В окно заглядывало зимнее солнце — до ослепительности яркое, но сдержанное и холодное. Я потянулся, сев, и прислушиваясь к ощущениям. Вроде нормально. Осмотрел рану — буроватый шрам, однако кожа вокруг вполне привычного цвета. Ну и отлично.
— Лапоть, кушать будем?
