Как все изменилось! Во-первых, множество криков. Во-вторых, оглушительный топот сапог. В-третьих, никакого визга Голосящего. И, в-четвертых, громкий повелительный голос.
— Вон того держи! Он стащил святыню!
А вот теперь я понял, что бегу не один. Сразу несколько архалусов отделилось от той самой толпы. Тот, что ближе ломанулся за мной по земле, двое после недолгих колебаний взмыли в небо. Ну-ну, удачи. За ориентирование на местности не переживал. Мы прошли здесь всего один раз, но теперь меня вел чуть заметный поток воздуха, характерный для Картографии.
Путь был рассчитан с самого начала, поэтому за тех, что наверху, не беспокоился. Я уже добрался до одной из узких улочек — с воздуха меня не выбить. Спасибо многочисленным вьюнам, разросшихся за пределы мезонинов, и просто перекинутых и связанных между собой балок. А еще дальше, здания станут повыше, а улочки уже, там кабирид с воздуха не разберет, что происходит на мостовой.
Поэтому единственную опасность для меня представлял лишь наземный преследователь. И от него надо было избавляться в ближайшее время. Потому что уже через полтора квартала, у входа в канализацию, меня должны ждать воры и Троуг. Что ж, тогда пойдем по старой схеме.
Я забежал в проулок и притаился у стены, пытаясь отдышаться. Нет, мало бросить курить, надо все-таки и работать над дыхалкой. Потому что именно сейчас мне хотелось выплюнуть легкие. Ох, тяжко. Преследователь не заставил себя ждать. Однако что-то в его поступи мне не понравилась. Какая-то она была осторожная что ли?
Я знал изначально, что первый удар не получится. Бить по противнику вслепую и надеяться на удачу — верх беспечности. Поэтому на откат был морально готов. А когда увидел, что кулак скользнул по плечу архалуса, то без сожалений переместился на четыре секунды назад.
Вот теперь получилось лучше. Удар, другой, после чего я от неожиданности вскрикнул. Потому что пернатый вломил мне под дых рукой, на который был надет некий шипастый кастет. Зараза.
Я был зол, как никогда. Поэтому вложил в свои удары все силы. Ловко увернулся от контратаки и напоследок вломил архулусу с локтя.
И на том спасибо. Я посмотрел еще раз на валяющегося на мостовой архалуса, что слабо шевелился. Сплюнул и побежал дальше. Где-то наверху промелькнула тень, нырнул под засохший плющ и подождал немного. Так и есть, меня не заметили, пернатый пролетел дальше. Оставшуюся часть пути я проделал больше осторожно, чем быстро. А к концу и вовсе перешел на шаг, чтобы не привлекать внимания.
На контрольной точке нас ожидал Троуг, Шеф и шестеро Ищущих, видимо, из ближайшего окружения Таринфила. Последний выскочил на середину улицы и схватил меня за плечи. Глаза главного вора лихорадочно блестели, а все движения выдавали нетерпение.
— Ну что?
— Все как в аптеке. Камень спер, кинжал оставил.
— Отлично, — кивнул Шеф, однако от меня не ускользнуло, что он чем-то озадачен.
— Что-то не так?
— Берингил. Он должен был прийти сюда. Я ему наказал. Но его нет.
— Лучше бы действительно не было, — тяжело вздохнул я, вытаскивая кацбальгер.
Троуг уже стоял в боевой стойке, чуть наклонившись и прикрывшись мечом. Хотя он вряд ли мог в одиночку остановить подходящую стражу. Трех десятков красавцев-архалусов, не считая могучего предводителя, возле которого и бежал, словно собачонка, Берингил.
— Сын… — только и смог сказать Шеф.
— Твое время ушло, старик. У тебя был шанс попытаться встать на ноги, примкнуть к сильной фирме, но ты решил сделать все по-другому, — скороговоркой выплюнул Берингил, — а когда ты простил убийцу Вальфа, то просто не оставил мне выбора.
— Достаточно этих семейных драм, — насмешливо произнес самый рослый архалус, которого я определил за предводителя.
Он и правда отличался от остальных. В его одежде было больше украшений, красный атласный плащ почти касался земли, а левая рука лежала на богатой рукояти меча, укрытого в ножнах. И в каждом жесте, в каждом слове пернатого чувствовалась сила. Он был тут господин, и знал это.
— Видишь, Тильф, а ты хотел бежать к командующему за подмогой, — улыбнулся предводитель одному из подчиненных, — тогда бы пришлось объясняться, почему мы так долго допускали существование этих карманников.
— Это к лучшему, — я сказал три слова и удивился. Вроде и не собирался лезть в бутылку, а как-то само вырвалось, — вы все Игроки. Когда мы вас убьем, даже тела не придется прятать. Никто не узнает, где погибли стражники.
— Ты, видимо, и есть тот самый выскочка, — улыбнулся архалус, вытаскивая меч. Здоровый какой, зараза.
— А вы, видимо, и есть тот самый капитан по фамилии Очевидность.
