— Он считал, что с врагом нужно бороться его же методами. Прежде всего — убить главаря «Кинжальщиков». Вальф ослушался меня. Предал кодекс честного вора, да вдобавок у него ничего не получилось. Он полгода прятался по всему Элизию, а после пришел ко мне. Но я изгнал Вальфа.
Голос старика вновь задрожал. Он прокашлялся и продолжил.
— Поэтому когда я увидел эти письма, то надеялся, что сын вернулся. Передал их человеку, чтобы тот доставил их мне. Но обернулось все иначе. Ладно, вы гости, ешьте, пейте. Если вам нужен ночлег… если, конечно, вы опустились до такого состояния, что можете ночевать здесь, мои ребята покажут, где кинуть крылья.
Он уже собрался встать и уйти. А в мои планы это совсем не входило.
— Подождите, но неужели вы ничего не пытались сделать с этими «Кинжальщиками»?
— А что мы можем? Мы старая школа, наши методы больше не действенны. Мы не наемные убийцы и будем драться, только если нашей жизни угрожает опасность. А простым воровством тут делу не поможешь.
— Как же вы не понимаете? — поднялся на ноги я. — Ваших врагов можно попросту подставить. Вы сами говорите, что они оставляют на месте преступления кинжал.
— Великая ошибка молодости считать, что все вокруг глупее тебя, — усмехнулся Таринфил, — мы пытались. Обнесли лавку Лутфиила, магазин грифоньих принадлежностей Сариила, украли все мечи в оружейне Дайфона. Везде оставляли эти треклятые кинжалы. И знаешь что?
— Что?
— Ничего. Рука руку моет, а капитан городской стражи прикрывает «Кинжальщиков», как может. Мы уже многие годы живем только тем, что кормимся карманными кражами с площади и обитаем здесь, под городом. Нам указали наше место и не трогают в назидание остальным. Мы вроде ярмарочных скоморохов, и давно стали объектом для шуток. Но и изменить ничего не можем. Кодекс — все, что осталось у нас.
— Я не прошу вас убивать «Кинжальщиков». Но есть шанс попытаться вернуть вам былое величие. И для этого нужно сделать лишь одно. Для начала…
Я надел Лик, окинул взглядом собравшихся и чуть не присвистнул. Ни одного Темного. Ну прям святоши собрались в этой сточной канаве. Это ладно, тот самый Голосящий светился, точно включенная светодиодная лампа. Подобное могло означать лишь одно.
— Вы все Светлые.
— Карма удивительная вещь. Ты можешь украсть у одного, но эти деньги могут пойти на добрые дела.
— Да, да, у нас тоже, что не депутат, то сплошь Робин Гуд, — хмыкнул я.
— Ты слышал про Робиниила про прозвищу Гуууд?
Я от изумления чуть рот не открыл, но вовремя замотал головой и вернул диалог в конструктивное русло.
— Нет, да это и не важно. Вы правы, пока «Кинжальщиков» прикрывает капитан, бороться с ними бессмысленно. Поэтому надо…
— Мы не наемные убийцы! — отрезал Таринфил.
— Ну и отлично. Никого убивать не будем. Просто нужно, чтобы вашим МВД заинтересовался отдел внутренних расследований.
— Прости, я не совсем понимаю человеческий. Ты говоришь какие-то странные слова.
— Надо, чтобы делами в городе заинтересовались структуры, что стоят над капитаном. А вот их натравить уже на «Кинжальщиков».
— И как это сделать?
— Очень просто. Похитить такую вещь, что вызовет ажиотаж не только в Миллете, но и во всем Элизии. Благо, у меня как раз есть одна такая на примете.
— Рассказывай, — уселся Шеф обратно на скамью.
Я поведал свой план, который родился вот только что. И по сосредоточенному вниманию присутствиющих понял, что им страсть, как интересно. Несколько архалусов, что не знали человеческого языка (вот ведь бездари лингвистические), теребили своих соседей, чтобы те перевели. Однако последние лишь грубо отмахивались. Бедные наросты на голове аббаса так и вовсе сошли с ума. Я говорил, говорил, говорил. А когда закончил, довольно потянулся за кружкой, чтобы промочить горло.
Я еще не видел лица архалусов, в том числе шрамированную физиономию главы воров. Не представлял испытываемую им степень изумления. Однако был уверен в положительном исходе. Потому что перед глазами появилась одна единственная строчка.
Самые наглые и бесшабашные планы иногда срабатывают именно по причине своей наглости и бесшабашности. Мы любим все сильно усложнять, поэтому простой замысел кажется нам нереализуемым как раз из-за своей примитивности. Но именно так все часто и работает. Нам легче объяснить себе, что эта девушка не ответит согласием, чем попробовать просто подойти и познакомиться. И даже, если одна-вторая-третья пошлет, то девятая скажет «да». Все дело в уверенности и хорошей, «спортивной» наглости.
Собственно, именно этим мы с Голосящим и занялись. Светлейшего на самом деле звали Перифил, хотя я про себя окрестил его КиВиНом. Мужик оказался спокойный, уверенный, в воровских делах опытный. Собственно, не подходи он по параметрам кармы, так, наверное, его бы в первую очередь и качнули до Светлейшего. В нашем же случае, все удачно совпало.
— Ты точно успеешь уйти? — спросил я КиВиНа, но почему-то на нас обернулась чуть ли не вся улица.
