Я достал последнюю склянку «Питья звездного неба» и выпил. Глубоко выдохнул и применил
И сработало больше, чем просто хорошо. Капитан будто поскользнулся на ровном месте и на секунду потерял равновесие. Наклонился корпусом вперед, падая, потом взмахнул крыльями, пытаясь не оказаться на мостовой. А я уже подскчочил и рубанул кацбальгером по бедру.
Мой зачарованный клинок против как раз таких товарищей со светлой кармой показал с себя лучшей стороны. Под его натиском кожа разошлась, будто шов на тесных брюках под напором упитанной задницы. Хлынула кровь, показался ярко-багровый шматок мяса. Однако предводителю архалусов вообще было фиолетово на какие-то там резаные раны. Он схватил меня за шею и поднял перед собой.
Подсветился, как тот самый пернатый до него, а я чуть не заплакал от обиды. Никакой раны на ноге, никаких кровоподтеков от болтов на груди, хотя те до сих пор торчали. Ну это же нечестно!
Капитан поднял меня повыше, будто рассматривая. А потом сдавил череп, что аж в глазах потемнело. Хотел сказать, что я вообще-то не арбуз на рынке, но создалось ощущение, что я вообще утратил способность говорить. И в тот самый момент, когда в голове почти начали происходить необратимые процессы, капитан закричал и хватка ослабла.
Я шлепнулся на мостовую, тряся башкой и пытаясь собрать картинку перед глазами в одно целое. На это потребовалась пара секунд. Зато после чуть не захлопал в ладоши! КиВиН, ты мой золотой, прибежал таки. Голова Перифила торчала сейчас из-за могучих плеч капитана. Тот тщетно пытался ухватить врага руками, взмахивал крыльями, однако вор умудрялся удерживаться. И даже доставлял какие-то неприятности архалусу. Я понял, что надо торопиться, потому что другой пернатый, расправившись с бодигардом Шефа, спешил на выручку своему боссу.
И снова в ход пошел кацбальгер. Теперь, когда капитан исполнял упражнение «Мельница», он представлял собой довольно удобную мишень. Несколько точных ударов и руки предводителя красуются глубокими рассечениями, просто мечта суицидников. Капитан снова подсветился и раны затянулись Блин, это уже начинает бесить!
Налетевший архалус хлестким ударом сбил Перифила. А предводитель повернулся ко мне. Блин, а я-то уж надеялся…
— На чем мы там остановились? — осклабился капитан.
— Руки от него убери свои.
Обернулся не только я, но и предводитель, и архалус, что сейчас схватил Голосящего за горло. Будто знал о его направлении. Хотя у моего союзника, наверное, сейчас банально не хватает зарядов. Ну и ладно. К нам, ковыляя в смятом шлеме, не торопясь шел Троуг. Без щита, без меча. Он что, собрался сражаться голыми руками? Ну ладно, латными перчатками?
— Вызов. Один на один.
Выглядело все не очень впечатляюще. Побитый жизнью и архалусом Троуг на фоне могучего капитана — зрелище жалкое. Это еще учитывая, что корл сам был ростом под два метра. Предводитель пернатых не собирался долго расшаркиваться перед выскочкой, он хотел быстро закончить с основным, почему-то еще недоеденным блюдом и наконец перейти к десерту. Поэтому скорым шагом направился к Троугу. А следом произошло странное.
Сначала мне показалось, что корл загорелся. Ну то есть, самым натуральным образом. Из-под доспехов пошло нечто вроде дыма. И с каждой секундой «этого» становилось все больше и больше. И тут я понял, что это скорее какой-то газ, светло-зеленый, мутноватый. Капитан не стал останавливаться, с разбегу влетел в это облако и закашлялся. Я услышал свистящие хрипы, а после великан повалился навзничь. Он упал на спину, а Троуг, выключивший газовый режим, уселся сверху и стал зло и методично вбивать нос в мозжечок пернатого.
Собственно, занимался тем же самым, что несколько минут назад пытался делать капитан. С той лишь разницей, что Троуг тогда был в доспехах, а архалус нет. Да и латные перчатки послужили аналогом хорошего кастета. Поэтому услышав мерзкий хруст костей, я даже не удивился. А когда корл вместо размазанного в кровавую кашу лица капитана ударил по камню мостовой, я икнул от удивления. Как быстро…
Сам же уже несся на всех парах к единственному оставшемуся на ногах стражнику. Тот делал широкие выпады и пару раз задел по касательной Перифила. Выручала Голосящего лишь удивительная ловкость. Жалко, конечно, что он слил в храме все заряды, сейчас бы его ангельское пение пригодилось.
Заявлять подобно Святославу: «Иду на вы» я не стал. Просто влетел в кучу малу и рубанул кацбальгером стражника по основанию крыльев.
