Молотов — ему шел тридцать первый год — одновременно с избранием секретарем ЦК стал кандидатом в члены Политбюро и членом Оргбюро. Он явился, пожалуй, первым партийным работником самого высшего ранга, который полностью перешел только на аппаратную должность (его предшественник Крестинский совмещал обязанности секретаря ЦК с работой наркома финансов). Первые два года после своего образования в 1920 году Секретариат ЦК действовал коллегиально, хотя Крестинский, а затем Молотов, входившие в состав Политбюро, занимали в нем до некоторой степени ведущее положение. Они же, как отмечалось, выступали с орг- отчетами ЦК на партсъездах; такой отчет был сделан Молотовым и на XI съезде. Именно после него в организации работы Секретариата ЦК произошло изменение, которому поначалу почти никто не придал особого значения.
4 апреля 1922 года, через два дня после окончания съезда и на следующий день после организационного пленума ЦК, «Правда» опубликовала извещение: «К сведению организаций и членов РКП. Избранный XI съездом РКП Центральный Комитет утвердил Секретариат ЦК РКП в составе: т. Сталина (генеральный секретарь), т. Молотова и т. Куйбышева». Далее говорилось о порядке приема посетителей вновь избранными секретарями и назывался известный нам адрес ЦК — Воздвиженка, 5. Извещение было подписано секретарем ЦК Сталиным.
Ровно через девять месяцев, день в день, 4 января 1923 года, Ленин продиктовал Фотиевой знаменитое добавление к своему «Завещанию», в котором предложил переместить Сталина с должности генерального секретаря ЦК партии.
Естественно, что рассмотрение обстоятельств его прихода на эту должность, с которого началось, как теперь понятно, непосредственное движение к захвату им авторитарной власти, привлекает в последние годы внимание исследователей. При этом уже высказан ряд важных суждений, в том числе и о роли таких членов Политбюро ЦК, как Каменев и Зиновьев, в назначении генсека и упрочении его положения.
Коснёмся только одного связанного с этой проблематикой аспекта, остающегося как бы в тени. В докладе на XI съезде РКП (б), а затем через несколько месяцев в выступлении на пленуме Моссовета 20 ноября 1922 года Ленин упомянул о перегрузке Каменева работой. В последнем случае такое упоминание понятно. Каменев, будучи председателем Моссовета, за несколько недель перед тем стал одновременно заместителем главы правительства, и на нем, по выражению Ленина, оказалось внезапно два воза. Но тогда о какой тройной работе Каменева говорил Владимир Ильич ранее, на XI партсъезде?
Чтобы ответить на это, нужно вновь вернуться к концу 1921 — началу 1922 года, когда болезнь впервые заставила руководителя партии и правительства на много недель отойти от повседневной работы. Именно в это время председательствующим в Политбюро Ленин оставил вместо себя Каменева (кроме них, членами Политбюро тогда были Зиновьев, Сталин и Троцкий). Но Каменеву фактически пришлось вести и работу по Совнаркому, так как Рыков и Цюрупа были нездоровы, перенесли хирургические операции, о которых упоминалось на XI партсъезде. Отсюда и тройная его работа: в Политбюро, в правительстве и в Моссовете.
Вместе с тем зимой 1921/22 года произошло ещё одно формально пока не зафиксированное перераспределение обязанностей внутри пятерки членов Политбюро. Деятельность Сталина стала все более сосредоточиваться на работе Секретариата ЦК. Недаром он был единственным из этой пятерки, кто постоянно (с 1919 года) входил и в Оргбюро, осуществляющее общее руководство Секретариатом ЦК. Надо полагать, что, пока секретарями ЦК были Крестинский, Преображенский и Серебряков, способные отстаивать позиции даже и перед Лениным, возможности вторжения Сталина в их дела были невелики, если не ничтожны.
Иным стало положение теперь. Каменев с его тройной нагрузкой мог только способствовать сосредоточению Сталина на организационно-партийной работе. Что касается 30-летне- го Молотова, то он, хотя и входил в 1916–1917 годах в Русское бюро ЦК РСДРП (б), по существу, только сейчас делал первые шаги в высшем партийном руководстве. Случайно или не случайно, но они были совершены под воздействием Сталина, и это определило характер всей последующей деятельности Молотова. Так начал складываться политический тандем, в котором Молотов сразу принял на себя вторую роль, до поры скрывшую его подлинное значение в сталинском продвижении к захвату власти.
Но, понятно, реорганизация Секретариата ЦК после XI съезда партии была вызвана не политическими манёврами Сталина, наоборот, он воспользовался её назревшей необходимостью в своих целях.
