— А как же индивидуумы, живые разумные существа? Вы можете видеть наше будущее?..
Кстати… могут ли инвиди видеть наше прошлое — не так, как мы сами в проблесках отдельных воспоминаний, но целиком всю жизнь? Ощущает ли Барик во мне Демору, Геноита, Иокасту, слизь? Мог ли он предвидеть смерть Квотермейна?
— Индивидуумы… — Дрожь пробежала по его телу. — Индивидуумы инициализируют пути, согласуясь со своей природой.
— Значит, вы не можете предсказать конкретное действие? Именно поэтому вы не знали заранее, что на станции появится кчин?
— Он допустил ошибку. Инвиди — тоже индивидуумы.
— Зачем ваши соплеменники прибыли на Землю?..
Этот вопрос неожиданно вырвался у меня — он изумил нас обоих.
Молчание.
Стандартных вариантов ответов — таких, как «расширение сфер влияния в галактике», «мирная экспансия», «предотвращение агрессии другой расы, которая могла истощить ресурсы Земли», — мне было явно недостаточно.
— Все дело во… взаимообмене. — Значит, еще неясно, кто кому обязан? — У вас есть потенциал для дезада.
Ах да, индикатор способности ощущать!..
— Наши отношения строятся на признании того, что вы имеете право, чтобы с вами считались. — Похоже, Барик действительно хотел, чтобы я поняла его.
— Значит, вы наблюдаете за нами? Пытаетесь определить, обладаем ли мы чувствами и ощущениями?
— Слово «наблюдать» здесь не подходит.
Я глубоко вздохнула.
— Мастер, послушайте. Мы за последнее время понесли очень много потерь… погиб человек, много лет работавший с вами. Если мы ничего не сделаем, чтобы остановить кчина, на станции произойдет катастрофа. Если вы знаете, зачем кчин прибыл сюда, скажите мне сейчас об этом.
— Он не знает. — Это был совершенно определенный ответ в отличие от остальных.
А кто же знает-то?!
— Что такое нлитри и зачем вы просили Квотермейна принести вам его?
— Он стремится исправить ошибку.
— Что это за ошибка?
— Инвиди учатся… не вмешиваться в дела других. Учатся тому, что вы называете нейтралитетом.
— Не вмешиваться в будущее?..
— Да. При пристальном наблюдении вещь, за которой наблюдаешь, меняется. В континуитет, к которому относятся члены экипажа «Калипсо», вмешался один инвиди.
— Вы имеете в виду Эна Серата?
— Да. Он попросил мистера Квотермейна отыскать… доказательство, как сказал бы мистер Мердок. Доказательство этого вмешательства.
— Нлитри — это доказательство?
— Да.
— Но почему это так важно?
Эн Барик ничего не ответил. Возможно, я должна спросить его, для кого это было важно.
— Это имеет какое-то отношение к кчину?
— Он не видит прямой связи.
— Тогда почему кчин убил Квотермейна? Брин приносил вам это «доказательство» в ту ночь, когда был убит?
— Он не говорил с ним.
Возможно, Барик говорил правду.
— Следовательно, вы не знаете, нашел Брин нлитри или нет?
Действительно, ведь Квотермейн говорил, что «Мастер сам точно не знает, что это».
— Почему вы решили, что эта информация находилась на «Калипсо»?
Длинная пауза.
— Только инвиди может это понять.
И больше я ничего не смогла от него добиться.
Брин сделал меня своим душеприказчиком, черт бы его побрал.
В голографическом завещании он спокойным голосом попросил, чтобы я распорядилась его собственностью. И хотя это причиняло мне боль, я заставила себя просмотреть его персональные файлы.
Сидя в кабинете Квотермейна, я подготовила сообщение для его родителей. Они были уже в преклонном возрасте и жили на Земле, в Окленде. Сообщение было зашифровано и внесено в начало списка официальных писем с грифом «срочно», которые были предназначены для отправки на Землю и в Конфедерацию. Один из сотрудников отдела Вича регулярно просматривал этот файл и удалял из него устаревшие сообщения.
Роясь в документах Квотермейна, я подумала о том, как мало знала его. Я огляделась — маленький кабинет был опрятным и безликим. Стандартная мебель, выпускавшаяся для Конфлота… Нет, настоящая жизнь Брина протекала не здесь.
Твердая позиция Брина в вопросе «Девятка» против «Четверки», если задуматься, объясняла, почему мой друг встал на сторону инвиди. Он был убежден в том, что они несут нам благо. И кто я такая, чтобы спорить с этим? Брин потратил большую часть своей жизни, пытаясь понять инвиди. У нас нет никаких доказательств того, что эта раса настроена к нам недоброжелательно. Правда, многие обстоятельства, связанные с инвиди, можно истолковывать по-разному…
Хотя, если вы займете противоположную позицию в вопросе «Девятка» против «Четверки», то должны будете признать, что вся структура Конфедерации доказывает лишь одно: инвиди, кчеры, мелоты и бендарлы стремятся к сохранению своего превосходства над остальными, подвластными им, мирами и пытаются держать их в подчинении. Мне не очень нравилась эта мысль, поскольку краеугольным камнем всей структуры было превосходство технологии инвиди и изобретение гиперперехода. Если бы технологии и изобретения инвиди стали каким-то образом достоянием «Девяти Миров», вся система Конфедерации сразу же рухнула бы. Но под грудой щебня могла бы быть похоронена и идея мирного сосуществования, работавшая уже целое столетие.
