- Э? – тут я вниз посмотрел. Ого-го, товарищи! Зря он джинсы надел! И я тоже зря. Блииин, точняк, зря, как-то резко они малы стали. – И че делать будем?
- Сейчас ты немного помолчишь, я возьму себя в руки…
Тут мне стало жарко, я представил себе картинку, ясненько так себе представил, как он себя в руки берет, аж невтерпеж стало:
- А можно, я тебя в руки возьму?
- Мииль, – прорычал он, – помолчи пока, стыда у тебя нет, день на дворе…
- Ну и что, – прошептал я и облизнулся, не удержался. КАК он на меня посмотрел! А я не могу больше, плевать хотел, что народ ходит, ручонки так и тянутся: – Сам подумай, кусты кругом, сугробы выше крыши, подъезд последний, почти никто не доходит, машина высокая, внутрь никто заглядывать не будет… – шепчу, как полоумный, – а если и будут, так, может, чему новому научатся…
Тут он не вытерпел, сидение назад отодвинул, меня на колени притянул. Целует. А я и рад-радёхонек! Быстренько ручонки к сокровенному засунул. Какой же он… ммм… и целовать хорошо, и гладить-ласкать приятно… а если я его ТАМ поцелую? От таких мыслей меня аж замкнуло… хочу-хочу-хочу… Блин, неудобно ведь! Никак не получается вниз спуститься, Никита не пускает, за голову держит, языком во рту такое творит, что в ушах звенит, сам мне яйца мнет и ствол гладит, бляааа… Наигрались мы до опухших губ и шума в ушах. Не заорал, когда кончал, только благодаря Никите, его язык не давал.
Сижу, вернее, лежу на ненаглядном своем, пытаюсь отдышаться. Только сейчас заметил, что в салфетку кончил, и Никита тоже. Во молодец! Как только вспомнил?! А то бы мы все в сперме извазюкались. Заботливый мой!
А ведь и правда, белый день на дворе, а я тут голой жопой в окно отсвечиваю. Да и похер.
- Ну, ты даешь, мальчик мой, – это Никита голос подал.
- А че? – шевелиться лень. – Ты же мой?
- Твой… – смешок в шею.
- Вооот, и это, – кладу руку на пах, – тоже мое. Что хочу, то и делаю… Мы не сильно шумели?
- Да нет, вроде бы.
- Ну, и ладно. А что кто-то пялиться бы стал – так сейчас нет никого, утро практически, – на что Никита только хмыкнул, – народ спит, да и вааще, в нашем подъезде сейчас только молодые пары живут, так что, никого бы мы не шокировали. Тут и не такие концерты бывали.
- Ну, успокоил.
Сидим, дышим, по голове меня гладят.
- Ну, что, – я отстранился, – пункт один мы выполнили. Теперь в кино. В кино я еще не…
Тут Никита не выдержал, засмеялся:
- А я думал, в кино ходят кино смотреть!
- Ну, ты отстал от жизни! Пошли, то есть, поехали, научу тебя плохому…
Он рассмеялся, чмокнул меня в нос и стал поправлять одежду мне и себе.
Не помню, что за кино мы смотрели, фигня какая-то фантастическая. У меня своя фантастика была под боком. А всё равно, народу в зале было - раз-два и обчелся, мы почти в конце сидели, рядом никого, и усиленно учились плохому…
Когда на свет божий вылезли, понял, какой Дар молодец: мы обнимались - дай боже, затискались до одурения, а на одежде – ни складочки, как новенькая, чистенькая. Ну, а что морда лица зацелованная – так пусть завидуют!
Потом в кафе пошли. А я есть не хочу. Мне другое блюдо надобно. Оно рядом сидит и коленки мои мацает. Дурррацкое кафе! Всё ж, я не совсем разум потерял, чтоб среди честного люда с мужиком сосаться. Боюсь, всей толерантности нашего народа не хватит для подобного зрелища. Одно дело - в темном кинотеатре, где никто на экран не смотрит, или на пустой парковке, другое – в людном кафе.
Так что я сидел и терзал мороженое. А этот бандитище сидел и ухмылялся. И руками шарит и шарит, а я уже не могу, меня уже трясет уже.
- Никииит…
- А, что такое, золото мое? Это мое? – сжал руку в паху. ААА! Меня чуть не подбросило. А этот спокойненько продолжает: – Моё. Что хочу, то и делаю.
Гад! Мои слова!
- Никииит… Еще немного, и я тоже буду делать, что хочу… И закончим мы вечер в изоляторе за хулиганство в общественном месте…
- Так мы разве хулиганим?
- Нет. Но я сейчас начну, – и сам руку вниз потянул. Он в нее вцепился, из-под стола достал и к скатерти прижал.
- Хорррошо, с кафе не получилось, в кафе мы в другой раз сходим…
- Хорррошо, Никитушка, - передразнил я. – Что там дальше? Прогулка? Уху. Ну, давай, вставай. Пошли. Гулять.
Встал, натянул джемпер чуть ли не до колен, почти бегом припустил к гардеробу. Смотрю – Никита идет, меню несет, типа, на стойку положить. Ага-ага. Джемперок-то коротенький, как у меня – не тянется. Я к стене отвернулся, куртку натягиваю, пытаюсь стояком не светить.
- Смешно тебе, солнце мое? – грозный какой! А сам тот же маневр провернуть пытается. Типа, аккуратно куртку надеть.
- Не-не, как можно. Гулять пошли. Будем всё по плану делать.
И потянул за руку из кафе.
Гуляли мы часа два. Сначала бродили по улицам, не по тем, что шумные-центральные, а тем, которые тихие и почти безлюдные. Потом в парке гуляли. Честно говоря, мне понравилось. Вроде, и зима слякотная нынче, на улице почти плюс, любоваться не на что. Но ведь главное - компания! А компания у меня – самая замечательная!
