С Никитой было так весело, интересно, здорово. Вот, вроде, у нас разница в возрасте – почти десять лет, а я и не замечаю. Время пролетело незаметно.
Уже смеркалось, и я порядочно замерз. Да и есть хотелось. Все ж, в кафе мне кусок в горло не лез.
- Ну, что, нагулялся? – он меня обнял сзади, положил голову на плечо. – Кушать хочешь?
- Ага. А куда мы пойдем?
- Тебе понравится.
- Может, лучше домой? Не хочу смотреть на тебя и НЕ трогать.
- Не-не, тебе понравится. В «Полдень» пойдем, это клуб моего друга. Я посажу тебя на колени и буду кормить вкусностями. Он нас в шесть ждет. Мы пойдем?
- Пойдем. И ты меня с ним познакомишь?
- Конечно. А ты не хочешь?
- С друзьями твоими знакомиться? Хочу. А ты хочешь?
- Чего? – не понял он.
- С друзьями своими знакомить.
- Конечно, хочу! Ты чего себе надумал? Ты мой теперь, а я твой, – он вздохнул. – Даже если захочешь – не отпущу. И пусть все знают об этом.
- Никииит! – я развернулся и вцепился в него изо всех сил. Теперь точно плевать, что светло, и в парке народ рядом ходит и глазеет, почем зря!
- Пошли, хороший мой.
Он взял меня за руку, и мы пошли обратно к машине, держась за ручки.
«Ты мой теперь, а я твой», – крутилось–повторялось у меня в голове, дороги я совсем не видел, куда меня ведут, даже не старался понять. Не отпустит. У меня аж дыхалка сбилась. ОН МОЙ!!!
- Никит!!!
Я не выдержал и запрыгнул на него, вцепился руками-ногами, как клещ.
- Ты чего, хороший мой? Давай, подожди, до машины рукой подать, два шага шагнуть.
- Не пущу… – замотал головой.
- Не пускай.
Так и пер меня на руках, под попку поддерживая.
И правда, два шага.
Посадил на сидение.
- Ну, что, ужинать?
- Да.
- Ну, поехали.
Мы тронулись, а я сидел и думал, что у меня точно последние мозги отказали. Вот ЧТО я сейчас учудил? Видать, совсем затерлась у меня функция мозг-руки-ноги-язык. Сначала делаю-говорю, а потом долго думаю, и как это я так умудрился? А что я утром творил?
- Миль, хороший мой, ты чего затих? Утомился?
Я очнулся. Приехали? И не заметил.
- Нет. Я совсем сумасшедший, да? – я ткнулся лбом в стекло. – Когда ты рядом, у меня мозг выносит. Ни о чем думать не могу. Ты не думай, что я со всеми так… просто клинит… – тихо шепчу я.
- Мииль… – голову мою за подбородок приподнял, к себе развернул, – ну, что ты себе надумал? Может, меня решил постесняться? – смеется тихонько, губами касается щек, носа, губ. – Не переживай ни о чем. Будь собой, сердце мое, не сдерживай себя. Иначе это будешь не ты, а кто-то вежливый и правильный.
У меня глаза аж округлились:
- А так я невежливый и неправильный?
- Правильный, правильный! Самый правильный! – засмеялся и обнял меня. Я возмущенно пыхтел и пытался выбраться.
- Вот бандитище! Пусти меня! И вообще! Корми меня!
- Обязательно! – отпустил он меня наконец.
Глава 15
Глава 15
Я вышел из машины и с удовольствием вдохнул холодный воздух. Потянулся сладко. Хорошо-то как! Всю задницу в машине отсидел!
- Ну, пошли! Я готов! – настроение у меня было самое что ни на есть игривое, я порефлексировал, теперь хочу веселиться!
- Пошли.
Он открыл темную деревянную тяжелую дверь передо мной. Джентльмен, блин. А я, типа, дама?
- Мерси, мой герой! – присел в реверансе, юбочку воображаемую приподнял.
Вместо ответа меня шлепнули по попке. Задали, так сказать, нужный вектор движения.
- Но-но-но! Поаккуратнее, мушщина!
Я обернулся и показал негодному хлопальщику язык.
- Солнце мое, ты не дразнись, твоему язычку мы быстро применение найдем!
- А если буду дразниться, то что, по попе а-та-та сделаешь?
- И по попе тоже, и а-та-та обязательно! – обнял меня сзади, типа, помогает куртку снять.
- Ойе, обещаешь? – я обернулся.
Он аж замер с моей курткой в руках.
- Никита, отомри, отдай куртку, гардеробщик заждался!
Тот молча всучил куртку парню-гардеробщику, свою тоже. Меня на руки подхватил. Всё молча. Пошли куда-то.
- Никиит, а мы идем а-та-та делать? А почему молча? А там кормят? А еще я пить хочу! И сикать тоже!
Чувствую, его как-то странно потряхивает. Гляжу – да он смех еле сдерживает.
- Блинский козлопопец! Никит, хорош ржать!
- Всё-всё, сейчас и покормят, и напоят, и посикать сводят…
- Во ты конь тыгдынский!
- Миииль, солнце, уже на месте.
Меня, наконец-то, поставили на ноги. Мы стояли в уютном закуточке, отгороженном от основного зала ажурной решеткой, перевитой каким-то плетущимся растением, и несколькими слоями невесомых занавесей. Не стол со стульями, а типа подиума, на котором топчанчик с подушками вокруг низкого столика, у стены еще столик с фруктами, сладостями, рукой дотянуться можно. Класс! Я такое обожаю!
Оппа, это что ж, меня через весь зал на руках перли, а я и не заметил? Не, вроде как-то по-другому мы шли, какими-то коридорами. Ну, и ладно.
А хорошее местечко! Вроде, и с народом, и сами по себе, музыку слышно, не громко, так, в самый раз. Я немного раздвинул занавесь: в зале немного посетителей, все чинно-блинно ужинают, негромкие разговоры, культурные люди.
- Никит, а нас из зала видно? – решил задать я наиважнейший вопрос.
- Нет. И самое важное, – уточнил он, – не слышно…
- Ну, наконец-то!
