Косов рывком поднялся и повернулся. В трех метрах за ним, держа в охапку его вещи и сумку стояла Фатьма.
- Ты… ты как здесь?! Я тебе где сказал быть? Я тебя спрашиваю – где ты должна была быть?!
- Ваня! Я боялась… правда. Я очень боялась… вот… и пошла за тобой!
— Вот же…
Его оборвала Елена:
- Не смей кричать на девочку! Не смей! Вот еще… вздумал так кричать на красавицу! – и уже обращаясь к Фатьме, - иди сюда, милая! Уже нечего бояться! И он на тебя кричать не будет!
- Так… господа хорошие! Это, конечно, все очень интересно! Но нам нужно уходить отсюда! – это Шрам подал умную мысль.
Косов помолчал, успокаиваясь.
- Ладно! Вы идите… а я сейчас… приберусь здесь!
- Что делать-то собрался? – Шрам интересуется.
- Тут… в соседнем дворе… я, проходя, погреб заметил. Вот туда и определим… тушки. Надеюсь, до весны сюда никто не сунется. А там их… мыши съедят!
- Иван! Я попросила бы тебя… Давай без этих… излишне натуралистичных подробностей! – возмутилась Елена.
— Вот же черт! Хорошо! Давай помогу! – соизволил снизойти Шрам.
Пока женщины стояли чуть поодаль, метрах в двадцати, они перенесли трупы в соседний двор. Шрам намерился уже скинуть их в погреб…
- Стой! Сейчас я…
- Что ты делать собрался? – удивился Шрам.
- Что с бою взято, то – свято! Трофеи! Обшмонаю покойничков. Вы же, Евгений Аркадьевич, непременно побрезгуете, не так ли?
Мужчина негромко засмеялся:
- Слушай! Ты не из казачков ли будешь? Все замашки – как у них!
- Не знаю… из детдомовских я, - пробурчал Иван.
Пара портмоне, часы у Щура, еще какая-то «гайка» на пальце.
- Надеюсь, ты пальцы ему резать не будешь? – опять засмеялся Шрам, - или и тряпки их приберешь? Вон смотри – и обувка еще неплохая.
- М-да… обидеть норовите, господин хороший, - посмотрел на того Иван.
Шрам осекся, помолчал, а потом признался:
- Извини… И правда – что-то я в перебор ушел! Извини! – потом все-таки поправился, - и все-таки ты мясник! Ну кто же так…
- А я и не отрицаю, что ни хрена не умею. Да и времени у меня не было! У него «волына» в руке, поворачиваться уже начал! Куда его бить, чтобы сразу вырубить?
- Ладно, ладно… Что сделано, то сделано! У тебя вроде бы коньячок был. Нужно нервы успокоить.
Иван подошел к подруге, которая стояла вместе с Еленой.
- Милая! В сумке бутылка коньяка, да пара яблок… Подай, пожалуйста, а то у меня руки…
- Да у тебя не только руки! У тебя и лицо… Снегом оботрись! – Елена смотрела на него… странно, - и вы что тут… пикник собрались устраивать? Уходить нужно!
- По чуть-чуть надо… А уйти – успеем. Все тихо вокруг, суетиться не нужно!
Косов опять присел на корточки, стал набирать в руки снега и тереть-тереть руки. Тщательно, даже – ожесточенно!
- Подожди, Ваня… дай я тебе лицо оботру! – Фатьма подошла сзади, приобняла за плечи.
Он стоял, смотрел на женщину, а она, подхватывая снег рукой, оттирала ему щеки, нос, подбородок.
- Я так испугалась за тебя… и просто… испугалась, - чуть слышно шепнула она ему.
- Все закончилось, все позади! Не бойся, хорошая моя…
- Ох… хорош коньяк! Лена! Ты выпьешь? – предложил Шрам Елене.
- Да! Обязательно выпью! – женщина взяла бутылку из рук приятеля.
- Фатя! Тоже выпей обязательно! Нервы – их беречь нужно! Полегчает сразу! – шепнул Иван подруге.
Фатьма сделала несколько глотков и поперхнулась.
— Вот, Иван! Как босяки в подворотне, ей богу! А стакана не мог взять? Бедная девочка вынуждена давиться. И что-то закусить нужно было взять! – это Елена учит его уму-разуму.
- Там, в сумке пара яблок есть!
- И как их нам делить? – продолжала предъявлять претензии женщина.
- Так вот – нож же!
Шрам подавился дымов и, прокашлявшись, расхохотался.
- Этим ножом… яблоки резать? Иван! Да Вы – эстет! Поклонник французских извращенцев?
Елена тоже посмотрела на Косова, как на сумасшедшего.
«М-да… как-то я… и не подумал, предлагая! Или я так отупел, или уже… привыкать к крови начал?».
Он тоже выпил, да не пару глотков, как женщины, а – изрядно присосавшись к бутылке. Граммов сто-пятьдесят, как не двести. Стало тепло, спокойно и… хорошо! Голову охватила волна отупения, думать ни о чем не хотелось.
— Вот что… Иван! Как бы ты не оттирался, все одно – вся одежда в крови. От тебя сейчас кровью несет… как на скотобойне! Евгений! Его же сейчас… любой постовой схватит! У меня предложение – мы все вместе сейчас идем ко мне. Там попытаемся привести в порядок одежду, попьем чаю. Ты, Иван, нормально умоешься, а потом уже и пойдете домой. И не желаю слушать никаких возражений, - заявила Елена, в ответ на робкую попытку Фатьмы сказать, что «может все-таки мы домой».
С шапкой на голове, с накинутым на плечи пальто, чтобы не испачкать подклад, он шагал следом за Шрамом и его подругой и размышлял о том, как он опять вляпался в такой «блудняк». Фатьма шла рядом, взяв его под руку, молчала.
«Это хорошо, что она молчит! Сколько, все-таки, положительных черт в этой женщине! Если бы не… будущие обстоятельства, чес-слово – женился бы на ней, и пропади все пропадом!».
Предновогодье. Классное время! Готовка всяких вкусностей, ожидание праздника, предвкушение…
