«Да и вообще… отношения с женщинами у него здесь… подходят к некоему финалу. Нет – Леночка и Рита… это до последнего дня. А вот с той же Фатьмой…».
За прошедшее время он ночевал у Фатьмы трижды. Чаще не выходило – у подруги был довольно дурацкий график работы, и «заваливаться» к ней в гости после ее рабочего дня – он не хотел. Уже был опыт… Женщина была уставшей, и морально вымотанной. Общение с постояльцами, и коллегами, судя по всему – было не простым. А приехать так… когда у нее был свободный день и будет свободной ночь – выходило нечасто!
И хотя ему были по-прежнему рады, и блюда хозяйки были как всегда – на высоте, а секс со знойной восточной красавицей – вообще феерия… Но… Чувствовал Иван некую отстраненность, которая появилась в их отношениях. Вроде бы все хорошо… А что-то – ушло, и похоже – навсегда.
В последний его приход, Косов поутру отдал Фатьме пять тысяч рублей:
- Не знаю, получится ли еще встретиться перед моим отъездом… Но – не хочу, чтобы ты испытывала какие-то трудности. По крайней мере – в первое время. Так что… Закончить ремонт тебе этого хватит. И даже еще немного…
Женщина прильнула к нему, жарко обняла, но ничего не сказала, и в глаза – не смотрела.
«Попрощались, значит…».
Было ли ему плохо? Вот тут Косов не мог сказать твердо. Что-то ушло… где-то внутри тянуло, как несильной зубной болью. Грустно…
«Да и ладно! Уходя – уходи, и не оборачивайся!».
В те нечастые дни, когда он приезжал в клуб – отоспаться, постираться, да – просто поваляться с книжкой на топчане, он немного общался с коллегами. Но и здесь... чувствовалось, что он... нет, не отрезанный ломоть, но... где-то близко! Общение с Лидой сошло практически на "нет". Она, после отъезда подруги, явно загрустила. Реже улыбалась, была задумчивой. У Косова как-то и мысли не возникало пофлиртовать с женщиной, как раньше.
"Получается... Лиза была в их паре "зажигалочкой", тянущей все позитивное отношение к жизни, и заставляющей подругу чаще улыбаться!".
Он попробовал пару раз пошутить, прежнего понимания не увидел, и сказал:
- Лида! Перестань кукситься! Приедет твой супруг, бери его за шиворот, и едьте в Казань. Там, рядом с Лизой, ты снова оживешь!".
С Ильей он встретился мельком - буквально пару раз. И оба раза директор куда-то спешил, и к общению явно не стремился. Да и Иван... примерно так же!
С Тоней как-то посидели, поболтали за чаем. Вот эта девушка и впрямь была огорчена происходящими в клубе переменами.
- Лиза уехала. И Лида сейчас стала грустной и какой-то... скучной. Вот и ты... появляешься очень редко, а скоро - совсем уедешь. А помнишь, как осенью у нас было весело? Такая компания у нас славная была... Как жалко, что так все складывается...
- Это жизнь, Тоня. Все меняется. Новые люди придут, может быть снова в клубе будет шумно и весело? - постарался успокоить он девушку.
Кира заставляла его менять занятия по какой-то своей, Косову неизвестной схеме. То сегодня с утра – плавание, то – прыжки, то ныряние за мешком с песком. В общем-то, понятно – дает нагрузку на разные группы мышц. Но все равно, систему Косов уяснить не мог.
«Сегодня можно было не ходить… в принципе-то! Понятно же – и дождик с утра заморосил, и ветер такой… явно свежий! В общем, не поплавать, и даже на ялике не позаниматься!».
Но Косов все одно – перся на водный стадион, как лосось на нерест.
- Ой, я думала ты уж сегодня не придешь! Погода-то… не позаниматься сегодня! – Кира была явно рада тому, что он пришел несмотря ни на что.
В комнате медпункта, кроме Киры находилась еще одна молодая женщина в медицинском халате. Вполне себе симпатичная на лицо, а фигуры женщины Иван толком не рассмотрел – за столом сидит и вставать не собирается!
- Да? А Вы чем в такие дни занимаетесь? – поинтересовался Косов.
- Да в общем-то… ничем. Так, бумажки всякие заполняем… сумки санитарные перебираем. От делать нечего! – Кира, положил подбородок на кисти поставленных на стол рук, с улыбкой смотрела на него.
«А ведь она… рада, что он пришел! Точно – рада!».
И, несмотря на доводы разума, теплая волна счастья заполнила его.
Непонятно, сколько они так друг на друга пялились, но тактичное покашливание медсестры заставило Ивана встряхнуться.
- М-да… Кира! Я вот чего хотел спросить… Если Вы не сильно заняты… ну, в смысле – ты не сильно занята… Да. Нельзя ли тебя отпросить… у твоей коллеги? Дело в том, что мне скоро уезжать… Хотя – да, ты же и так об этом знаешь. Чего это я… В-о-о-т… Мне нужно купить кое-что с собой. И ты могла бы… ну… в общем – помочь мне. Составить компанию, да!
Улыбка девушки при упоминании о его отъезде померкла, и она слушала его лепет опустив голову. Потом подняла:
- Да! Познакомься! Это моя коллега – Катя! Катя! Это мой… знакомый, его зовут Иван!
- Да, Катюша! Можно ли отпросить Киру? Ведь все равно – похоже, что дождь сегодня на весь день. А с меня… тортик и… бутылка игристого! Вы пьете игристое вино?
Медсестра Катя все это время сидела молча, только переводила взгляд с Ивана на Киру и назад. И был этот взгляд… как на убогих – с сожалением, и сочувствием.
