– Не обязательно так же. Но мы с Костей надеемся, что ты все же узнаешь место.
Вдвоем медленно пошли вдоль берега. Я вглядывалась в пейзаж в надежде отыскать что-то похожее. Но тщетно.
– Мне кажется, мы зря теряем время, – наконец произнесла я, зябко пряча руки в карманы летней куртки, – а тут нет каких-нибудь... ну я не знаю... русалок? Может есть возможность кого спросить? Предупредить? Оставить на страже?
– Конкретно в этом озере русалок нет, хоть оно и большое. Но очень уж людное и рядом с городом. Не любят они такого. А вот в реке есть. Только тоже подальше от городской черты... Только вряд ли они с нами разговорить станут. Им любая утопленница – добыча и развлечение. Они не на нашей стороне и в этом деле помогать не захотят даже патрульным. И хрен ты их заставишь.
– Жаль, – вздохнула я.
– Но знаешь... Ты натолкнула меня на мысль. Русалки помогать не станут, но информацией поделиться могут. Только надо с другой стороны подкатить. Не напрямую. У местных русалок в друзьях зыбочник. А на того у меня есть очень действенные рычаги давления. Если на русалок или Водяника, мы повлиять не в силах, то вот зыбочник... очень даже.
– Зыбочник? – поморщилась я, – подсознательно слово было неприятным. Кто это?
– Поедем, познакомлю, – усмехнулся Вадим.
Он развернулся и быстро пошел в сторону стоянки, где мы оставили автомобиль. Я еле поспевала следом.
По дороге я пыталась расспросить Вадима, куда мы едем, но тот отвечал уклончиво. Сказал только, что на городской окраине у самого дальнего железнодорожного моста живет интересный «пассажир».
– Не человек, насколько я понимаю? – спросила немного раздраженно. Я, конечно, люблю сюрпризы, но в том случае, когда они приятные. А со всякой нечистью хотелось бы встречаться уже подготовленной.
Это и объяснила Вадиму в резковатых выражениях. Тот смирился, перестал напускать на себя таинственный вид и рассказал, что Зыбочник – это нежить. Разновидность вампира-наркомана. Питается в основном людской энергией и кровью, но крови нужна всего капля. Ему бы эмоций, желательно ярких, обостренных, в идеале – чистой эйфории.
В наших местах зыбочников всего пару штук. Вадим лично знаком всего с одним.
– Зыбочники предпочитают огромные индустриальные мегаполисы. В трущобах и на бедных окраинах легко затеряться среди маргинальных слоев населения. Сытые провинциальные города, где всё у всех на виду, зыбочники обходят стороной, – объяснял мне Вадим, пока мы ехали в машине.
– Они опасны? – задала я вопрос, который в этой ситуации тревожил меня больше всего.
– Скорее нет… – замялся Вадим.
Я глянула подозрительно:
– Давай точнее, без всяких допущений. Как-то слабо себе представляю безопасных вампиров.
– Для нас они точно не представляют угрозы. Тем более, если зыбочник один или небольшая группа. Силы у них совсем мало. Даже магической, а физически они сопоставимы с хилым подростком. Жертву всегда выбирают ослабленную, больную или без сознания. И ту не убивают.
– Мы прямо сейчас едем к ним?
– К нему. Я знаком лишь с одним. Герой зовут.
– Интересное имя. Они поодиночке живут?
– Чаще всего. Зыбочники по сути своей наркоманы. Из-за того, что любят эмоции в чистом виде и до крайности яркие, то питаются в основном от торчков, алкоголиков или душевнобольных. Могли бы еще от детей, но те их хорошо видят и очень боятся. Когда ребенок заходится в истерике при виде «плохого дяди», то, естественно, в таких условиях никакой чистой радости не словишь. А вот опустившиеся наркоманы – их любимая кормовая база. Потому и предпочитают селиться в самых неблагополучных районах, где по улицам ошивается лишь маргинальный сброд.
В больших городах к любой подозрительной компании всегда прибиваются один-два зыбочника.
– Так может они и наркотой приторговывают?
– О! Они бы хотели! Но вести полноценные товарообменные операции для них сложно. Зыбочники в человеческой форме очень нестабильны. Оттого и получили такое название. Ну да сама увидишь. Но если у них появляется что-либо из запрещенных препаратов, зыбочник легко сам находит бомжа-бедолажку, наркомана или алкоголика и с удовольствием его угощают. Сами напрямую закидываться не могут. Ловят кайф опосредованно.
– Фу, какие гадости рассказываешь… – я скривилась.
– Ну как есть, – Вадик пожал плечами. – Ты, кажется, хотела правду.
Я на несколько минут замолчала, обдумывала полученную только что информацию
– А ты этого Геру на что поймал? Откуда у тебя рычаги давления, да еще и как ты выразился, «очень действенные»?
– Сама сможешь догадаться?
– Давай не будем играть в эти игры… – поморщилась я. – Загадки никогда не были моей сильной стороной.
– А тем не менее, ответ на поверхности. Я же врач. Работаю в больнице в операционной. У меня есть доступ к наркозу и получить любой рецепт не проблема, а хоть бы и самому выписать…
– И что ты выписываешь для Геры?
– Он не особо привередливый, но если будет выбор, предпочтет Оксибутират.
– Медицинский препарат с наркотической побочкой? – я хмыкнула. – Ну да, на поверхности. Могла бы и догадаться. Именно за ним мы заезжали к тебе домой?