– Привет. Мира, это ты? Как хорошо, а то я даже не глянула, кто звонит, – подруга всхлипнула.
– Лида, ты плачешь? Почему? Я тут сижу под твоим магазином… Он закрыт. Что происходит?
– Помнишь мою напарницу, Олечку? – Лида будто меня не слышала и разговаривала сама с собой.
– Конечно, помню. Почему ты спрашиваешь?
– Олечка умерла. Утонула в озере. Вчера обнаружили труп…
Мое сердце сдавило страшное предчувствие.
– Утонула? Вчера? В каком озере, Лид?
– Она еще выходной взяла внеплановый, заменилась... сказала, что уезжает на субботу и воскресенье... с новым парнем. Дом где-то сняли недалеко от города...
Голос ее прерывался на всхлипывания, а после Лида и вовсе разрыдалась.
Я терпеливо ждала, пока подруга возьмет себя в руки и успокоится. У самой на душе скребли кошки.
– А вчера вечером мама ее позвонила. Говорит, Олечка утонула. Одна рано утром на лодке купаться поплыла. Может, судорога в холодной воде схватила, не успели вытащить... Завтра похороны.
– Понятно... – я вздохнула и помолчала, – Может, помощь моя нужна? Тебе или Олиной семье? Я на машине. Могу повозить кого надо или продукты на поминки или цветы... Да и вообще в целом... Звони обращайся. Я тут рядом, всегда наподхвате.
– Спасибо, Мирочка... Буду иметь в виду.
Лида, не прощаясь, повесила трубку, а я погрузилась в невеселые раздумья.
Вот таким вот случайным образом удалось установить личность погибшей... До чего же ты бываешь вредной и противной... судьба-индейка!
Я доела купленное специально для Лиды мороженое, встала и собралась домой. Гулять в одиночестве мне не хотелось, да и настроение было безнадежно испорчено.
Вдруг из кармана донесся звук входящего вызова мобильного. Достала, глянула. Вадим.
– Алло...
– Привет, Мира.
– Привет.
– Хочешь съездить с русалками пообщаться? – вот так вот запросто без предисловий и объяснений спросил он.
– Эмм... Я не знаю... Ты же говорил, что они патрульных не жалуют...
– Патрульных нет. Но мавки умирают, как хотят взглянуть на нашу новую городскую банши. Зыбочник, видно, провел рекламную кампанию по высшему разряду. Девочки и заинтересовались. Что думаешь?
– Ну, я не знаю...
– Мира. Это был риторический вопрос, и ты должна была сразу без раздумий согласиться. Ну ты что? Такая удача! Русалки сами желают поговорить. Этот случай упускать нельзя. Тем более, у нас на руках свежая утопленница. Наверняка среди русалок есть свидетели.
– Э-э-э... да, конечно. Я как-то сразу не сообразила. Естественно, я согласна. А что Костя?
– Он сказал, что сегодня ночью занят. Мол мы справимся и без него. Так ты где?
– Я в центре, недалеко от своего дома.
– Отлично. Иди к цветочному на углу. Я через пятнадцать минут буду.
– Ну что, немного отошла от произошедшего? – спросил меня Вадик, когда я села к нему в машину и мы поехали к железнодорожному мосту на встречу с Зыбочником.
– Да, вроде нормально уже, – ответила я, – хотела вот даже с подругой прогуляться, развеяться. А тут, представь себе, совпадение. Оказывается, вчерашняя утопленница – напарница моей лучшей подруги. Обе работали продавцами в магазине подарков. Лида вот только что по телефону сообщила мне, что Ольга утонула. Завтра похороны.
– Ого! Так это же отлично!
– Что именно? – не поняла я. – Что девушка умерла?
– Нет, конечно, прости я не так выразился. Хорошо, что у нас появился человек из близкого круга жертвы. Может узнаем какие-то подробности ее личности, о том, как она провела последние несколько дней и прочее.
– А в этом смысле... Ну так я и сама Ольгу немного знала. Мы не дружили, но часто виделись в магазине. И Лида, моя подруга, много о ней говорила. У них там постоянно возникали какие-то мелкие конфликты по поводу рабочего графика или парней. Такие частенько бывают у молодых девчонок, ничего серьезного.
– А что-нибудь необычное из ее биографии можешь припомнить?
– О ее личной жизни мне ничего толком неизвестно. Знаю только, что у нее брат младший есть. Живут втроем с матерью, на зарплату продавца даже арендным жильем, не то что своим, не разживешься. Отец погиб в автокатастрофе вроде бы год назад. А теперь вот и сама Ольга… Как матери такое пережить, не представляю…
Мой голос дрогнул, я с трудом проглотила комок в горле. Ситуация, действительно, была страшная. А то что жертва оказалась мне знакома, усугубляло положение.
Какое-то время ехали молча. Я смотрела в окно, Вадим на дорогу. Над городом разгорался закат. Солнце одним краем уже цеплялось за высотки, раскрашивая все вокруг оранжево-красным. Сегодня полыхающее небо показался мне зловещим.
– А чем Костя занят, не пояснил? – спросила у Вадима, когда мы уже почти приехали.
– Нет. Я, честно говоря, вообще не понял, почему он ехать отказался. Что у него там за дела такие важные, что нельзя найти часок-другой с русалками поболтать?
– Может, со мной не хотел встречаться? – ляпнула первое, что пришло в голову.
– С тобой? С чего вдруг? – Вадим покосился в мою сторону удивленно. – Что-то произошло со вчерашнего дня? Или раньше?
Я прикусила губу, ругая себя за несдержанность. Кажется, сболтнула лишнее.