По дороге к трактиру Ная заглянула в несколько лавок и, увлеченная покупками, не заметила, как за ней увязалась порядком пьяная компания. Обнаружила их только в переулке, через который решила срезать дорогу — и без того уже опаздывала.
— Вы же сами утверждали, что приличные люди, — упрекнула она, с удивлением обнаружив перед собой ту же самую компанию, которая возмущалась присутствием бродяги. За пару часов они успели прилично поднабраться и слабо контролировали свои действия — это хорошо. Плохо, что по пути успели подобрать еще парочку таких же благородных, которым жутко хотелось развлечений, и теперь они ненавязчиво окружали Наю, пока что на расстоянии. — Ваши убеждения позволяют воротить нос от пристойно выглядящего бродяги, но напасть на женщину?
— Так ты не женщина, ты из этих… уличных, — оскалился главный заводила. — Раз с такими же и водишься. А вы такие только для одного и годитесь.
— Мы тебе даже заплатим. Медяшки хватит? — один из приятелей кинул на землю монетку.
Ная скрипнула зубами. Угораздило же… было бы места побольше, смогла бы проскочить, а так переулок узкий, от двоих сразу не увернешься. Да и от всех ее умений толку сейчас никакого, на них надо время, а кто же его даст.
Под руку двинувшемуся на нее заводиле она все-таки поднырнула, грубо пихнув его в спину. Был бы трезвый, устоял, но заплетающиеся ноги подвели, заставив врезаться в стену.
Один был на время отвлечен, зато другим это очень не понравилось. Ная с тоской посмотрела на стену дома. Говорят, некоторые умеют в таких ситуациях взбираться на крышу, вот только кто бы ее научил!
Кто-то из парней схватил ее за руку и потянул на себя; немыслимо выгнувшись и едва не взвыв от боли в вывихнутом локте, она дотянулась до кинжала за голенищем сапога и вогнала его в запястье нападавшего. Тот взвыл, отшатнулся, выдергивая оружие из раны, и заорал еще громче.
Ная высвободилась, но не устояла, потеряла равновесие и упала под ноги очередному любителю развлечься. Боль в руке притупляла реакцию, а на мгновение потерянный контроль позволил хватануть эмоций пьяной шпаны, создав в голове полный хаос.
Она отползла в сторону, не особо надеясь, что ей это поможет, но ничего не произошло. И через минуту — тоже. Проморгавшись, Ная подняла глаза. Двое оставшихся парней нерешительно топтались на месте, а третий неестественно замер, задрав голову и подставив горло ее же кинжалу.
— Вы просто пьянь, даже не уличная банда, — презрительно бросил невидимый за спиной человек. — Драться не умеете. Боитесь малейшей боли.
Хорошо наточенное — она за этим следила — лезвие надавило на горло, пуская струйку крови. Парень завыл — даже, кажется, громче товарища, валявшегося на земле с прижатой к груди рукой.
— Уходите.
Мужчина толкнул парня на приятелей, и те, поспешно подхватив дернувшегося было заводилу, скрылись в переулке. Раненный кое-как поднялся на ноги и, шатаясь, пошел следом.
— Тебе повезло, что они не настоящие бойцы, — мужчина протянул ей руку, и Ная опознала в нем давешнего бродягу. — Цела?
— Да, — она встала, недовольно морщась от боли. — Спасибо.
— Пошли, выйдем на светлое место. Оружие твое? — он протянул кинжал рукоятью вперед, и Ная, кивнув, вернула его на место. — Такие подворотни — не лучшее место для прогулок.
— Сам-то что там делал? — буркнула она, потирая локоть. Ей было плохо, больно и досадно от собственной беспомощности, и на поддержание светского тона сил не осталось, тем более что бродяга и сам не слишком утруждал себя. — Грабил случайных прохожих?
— Нет, — улыбнулся он. — Трактирщик сказал, что ты на конюшне. Дальше найти было не слишком сложно.
— Зачем?
— Он сказал, ты отправляешься в Лангрию.
— Трактирщик — трепло, — Ная резко остановилась и хмуро посмотрела на спутника. — Допустим, так. И?
— Тебе не требуется сопровождающий? — прямо спросил мужчина и кивнул в сторону оставшегося позади переулка. — Охранник, например.
— Нашелся охранничек, — фыркнула она и пошла дальше. — Спасибо, что помог, но ты не тянешь на человека, который защитит от более серьезных проблем, а не создаст их.
— Первое впечатление обманчиво.
— Да. Если ты зеленая наивная девчонка, не умеющая разбираться в людях. Ты ведь и сам можешь отправиться в Лангрию, так зачем тебе обуза, которая будет капризничать, требовать мягкую постель на ночь и горячую еду три раза в день?
— С обузой я бы не стал связываться.
— Это не ответ.
— Мне нужно перебраться через границу.
— В чем проблема? Пограничная стража пропускает почти всех, у кого есть документы. Или ты тот самый беглый преступник, о котором говорит уже последний конюх? — до трактира оставалось всего несколько поворотов, а значит, странный разговор пора было сворачиваться. Еще раз появляться в такой компании Ная не собиралась, хватило уже неприятностей. — Или документов нет? Ни в том, ни в другом случае помочь не смогу. Если что-то от меня хочешь, говори прямо и честно. Я чувствую, когда мне врут.
