И верно, что может простой дипломат, пусть и приближенный к руководству? Его явно не возьмет с собой на переговоры король, а глава тайной стражи не побежит докладывать о погроме в кабинете.
— Закопался в одно старое дело, в котором обнаружилось много дыр. Многие свидетельские показания, заключения экспертов просто исчезли, а имеющиеся отчеты противоречивы, — граф выдержал эффектную паузу и тихо, но четко сказал. — Я восстановил недостающее. Заново допросил тех, кого удалось установить, пообщался с доцентом с медицинского факультета.
— О каком деле речь?
— Убийство принцессы, — прозвучал ожидаемый ответ, и Ная поспешила закрыться от эмоций — хватило того, что отобразилось на лице.
— Давайте кое-что проясним, — Рилло выдохнул и разжал кулак. Кажется, больше всего он мечтал вцепиться в графа и хорошенько его встряхнуть. — У вас имелись сведения о гибели ее высочества, вы, зная насколько это важно, бросили бумаги просто в кабинете и уехали на три месяца, а теперь их кто-то выкрал. Верно?
— В общих чертах — да.
— И у вас никакого предположения, кто это сделал? — похоже, он собирался ударить себя по колену, чтобы выпустить пар, но справился с недостойным порывом и спокойнее, хотя и несколько нервно, похлопал ладонью по подлокотнику.
— Почему? — ошарашил его граф. — Есть подозрения на Грандье. С начала года и до моего отъезда он вел себя странно, часто появлялся в здании службы якобы с поручениями, и в последние месяцы тоже заглядывал, но никто не смог припомнить, с какой целью.
— Мы говорим о королевском секретаре.
— Это делает его святым? Он был одним из свидетелей по делу, почти все обвинение строилось на его показаниях.
Они сцепились взглядами, и первым не выдержал Рилло, разом расслабившись и перестав простукивать мебель. Он выдохнул и уже гораздо спокойней откинулся на спинку.
— Грандье пропал недели две назад. Король совершенно точно его никуда не отправлял, сам не может найти.
— На него удобно повесить всех собак, но не в этом ли цель? Его могли убить и бросить тело в канаве за городом, — вмешалась Нае, заметив, как неаристократически оскалился граф. Она не собиралась защищать неизвестного ей секретаря, но уж слишком много совпадений. — Тем более, когда сама тайная стража втянута в темные дела.
— Вы сейчас не про нашу обычную деятельность. Тогда о чем?
— Убийцы лорда Мейсома носили медальоны тайной стражи, со слов очевидцев, подлинные. Здесь могу только верить, но недавно такой же, более того, состоящий в запрещенном культе Ерены, покушался на его величество, и королю это известно, — Рилло склонил голову к плечу и с интересом посмотрел на собеседника. — На допросе убийца признался, что медальоны приносит некая женщина, вхожая в тайную стражу. Вестница.
— Ильяна, южанка. Бард, — подсказала Ная. — Вряд ли у вас работает много бардов. И вот она как раз государственная преступница.
— Да я вообще с ними не работаю, — вот теперь граф испугался — побледнел и сжал зубы, бессмысленно уставившись в пространство. Не притворялся, Ная убедилась, заглянув в эмоции. Страх, в том числе за свою голову — еще бы, человек со знаком различия его службы напал на короля — а еще растерянность, злость, паника. — Откуда она могла взяться?
— Если вас утешит, сопротивляться бардам могут единицы. Особенно этой.
— Никакого утешения. В тайную стражу не должны попадать проходимцы, разве в том числе не в этом ее суть? — она готова была поклясться, что в голосе Рилло сквозит неуместное злорадство. Похоже, его с графом связывала крайне крепкая дружба на грани вражды. — Для чего король отдал предпочтение вам, а не вашему отцу, назначая на должность, чтобы вы проявляли узколобость и не могли обеспечить безопасность?
— Рилло, вам ли не знать, что простые методы не помогают, когда речь идет о людях, которые нам противостоят, — снова влезла Ная, опасаясь, что с ним станет если не подраться, то устроить безобразную сцену на все еще продолжавшемся балу. — Стоит менять подход в целом.
— Как это делает Лангрия, привлекая бардов шинтийского Дома… и не только, — согласился Рилло, выразительно посмотрев на нее. — Нам бы у них поучиться, не считаете, ваше сиятельство?
— Значит, будем учиться, — сквозь зубы процедил уязвленный граф. — Когда я разберусь с предателями в своей службе.
— Не наломайте дров.
— Знаю не хуже вас, — огрызнулся он и встал. — Доброй ночи, госпожа, Кайнен.
Проводить ее вызвался Рилло, несказанно обрадовав Гэвина, встретившего на балу очередную знакомую и собиравшегося продолжить вечер в более уединенном месте, но остатки совести не позволяли бросить пришедшую с ним даму, не проводив ее до дома.
Уже сев в экипаж, Ная, поколебавшись, назвала адрес Ирвина — раз уж удалось привлечь дипломата, не собиравшегося кидаться обвинениями, стоило обсудить ситуацию и с Роем тоже. С какой стороны ни посмотри, он заинтересованное лицо — в отношении что Шинты, что Ильяны.
