— Она пыталась интриговать и баламутить воду, надеясь избавиться от Дариты примерно тем же способом, которым та в свое время избавилась от Теаны. Никому не нужно и никогда не было, чтобы шинтийский Дом подчинялся заносчивой эгоистке, рассорившись с остальными из-за радикальных идей. Именно поэтому я думаю на нее, как бы невероятно ни звучало, — он поморщился от неприятных воспоминаний и отмахнулся. — Ладно, сейчас не об этом. Предлагаю разделиться. Я останусь здесь, прослежу за Орином, с его характером он долго не высидит на месте, а ты иди в сыскное управление. Надо узнать подробности истории с гробокопателями.
— И мне их просто так выложат?
— Скажи, что тебя срочно послал Крейг. Он туда все равно не заглядывает, а если ты действительно была рядом с ним на мероприятиях, то успела примелькаться и запомниться. Часов в семь встречаемся у «Грота», времени должно хватить. Я пошел, только не выскакивай сразу, а лучше выйди с той стороны.
Шагах в двадцати от них пронесся Орин, не глядя по сторонам и едва не врезаясь в случайных прохожих, но источая при этом столько смятения, что Нае стало некомфортно и немного совестно. Не натворил бы, в самом деле, чего — в таком состоянии люди не всегда способны себя контролировать. Человек он неплохой, хоть и вспыльчивый, и точно не заслужил, чтобы кто-нибудь размозжил голову в темном переулке из-за неаккуратно сказанного слова.
Рой выскользнул из проулка и со скучающим видом пошел следом, попинывая начавшую опадать листву, благо, улица была широкой и в этот час малолюдной, и бегущий человек хорошо просматривался.
Ная же, согласившись с советом, пошла к противоположному концу проулка.
Сыскное управление находилось на той же улице, что и тюрьма, чтобы дознавателям не приходилось носить через весь город ради допросов, как, по слухам, было всего лет десять назад. Все тот же градоправитель, помогавший Джеймсу с театром, поспособствовал строительству нового здания к вящему удовольствию сотрудников, перебравшихся подальше от излишнего внимания центра.
В управлении стояла суета, но не авральная, случающаяся при серьезных происшествий, а рядовая и для сотрудников привычная. Ная им посочувствовала: сама бы она не смогла работать в таком ритме, когда носишься по коридорам, никого не замечая и сшибая посетителей.
— Вы что-то хотели? — наконец, заметил ее задевший плечом сотрудник, и его взгляд, до этого застывший и сосредоточенный, ненадолго ожил.
— Я по поручению его высочества. Принца очень заинтересовала история с гробокопателями двухмесячной давности, мне нужны материалы по этому делу.
— Что именно вас интересует? — разом собравшись, подозрительно посмотрел на нее мужчина. — Ими занимался я.
— Прямо посреди коридора?
Он нахмурился и махнул рукой, призывая идти следом. Собственного кабинета, похоже, у него не было, так что пришлось устроиться в закутке перед архивом, предварительно выгнав оттуда двух стажеров, увлеченно закопавшихся в бумаги.
— Я слушаю.
— Что удалось о них выяснить? Имена, откуда пришли, с кем контактировали? Говорят, они проводили обряды, это была постановка для прикрытия или убеждение, что действительно имеет силу?
— Пять человек, коренные лангрийцы, ко всему довольно юные и безмозглые, — дознаватель подошел к шкафу и вытащил из него прошитую папку. — Идею легкой наживы подкинул приятель, которого, кстати, давно пытались поймать не только мы, но и в нескольких соседних городах. Известный деятель, хотя осторожный, так попал впервые. Ритуалы — чистой воды инсценировка, взяты из приключенческой книги, есть в университетской библиотеке.
— А религиозных деятелей среди или рядом с ними не замечали? Проповедники, культисты, просто идейные?
— Да о чем вы, — он скривился, как будто говорил о детях или недалеких людях. — Они и приятеля-то своего первым делом выдали, до камеры не успели довести.
— Могилы сами выбирали или кто-то давал наводку?
— Сами. Правда, один из пацанов помладше и подурней сказал, что тот самый приятель обещал свести с крупным заказчиком, заинтересованным в этой… банде. Кто это — никто не в курсе, а наш деятель всегда встречался со своим контактом в темноте и знает только, что женщина в белой вуали. И прозвище — Вестница, но я раньше такого не встречал.
— Вестница, — повторила Ная, невольно чувствуя холодок по спине. Какое отношение неудачливые гробокопатели имеют к культу? Точнее, чем могли заинтересовать? Неужели не нашлось бы кого-то толковее? — И богатая у них была добыча, если заинтересовал кого-то крупного?
— Мое мнение — отвлекают внимание. От чего? Это уже другой хороший вопрос, в городе больше ни до, ни после не случалось происшествий религиозного характера. А для больших краж или убийств слишком мелкое событие, о котором давно все забыли.
— Что сейчас с гробокопателями?
— На общественных работах по городу. Приятель на рудниках на востоке, давно заслужил. Если хотите, вот отчет, — дознаватель достал из папки скрепленные листы и положил на стол.
